07
– Ладушки, давай спустимся и узнаем, что там внизу! – Воодушевился Тимми, но лишь нерешительно топтался на краю верхней ступени.
– Ты уверен, что можно доверять этому косолапому чудику? – Пронеслось в голове у Сэлмена. Он все время где-то пропадает.
– Но ведь он спас мою жизнь, не так ли?
– Пожарные тоже спасают людей, но я бы не оставил никого из них наедине со своей женой. И не припоминаю, чтоб ты когда-либо доверял полиции, а они вроде как тоже спасатели.
– Боже, что за бред?! Это ведь совсем разные вещи.
– Как скажешь, мой друг, но запомни одну вещь: ты можешь полагаться лишь на самого себя в этом странном месте. А теперь пойди и найди этого больного священника!
Набравшись смелости, медвежонок медленно опустил дрожащую лапу на нижнюю ступень, и в этот момент заметил, что ему навстречу несется пухлый силуэт – толстяк Эдди бежал словно пожарный к горящему зданию и снес медведя с ног. Удивительно, как такой упитанный мальчик сумел так быстро подняться по лестнице, шлепая сандалиями по деревянному полу, проскочить мимо Сэлмена по направлению к выходу и в одно мгновение исчезнуть из вида.
Тимми отнесло на два метра от лестницы, он переваливался с боку на бок, пытаясь встать и напоминая своим видом барахтающуюся черепаху, опрокинувшуюся на собственный панцирь. Помогая медвежонку встать, Сэлмен услышал крики детей, доносившиеся снаружи сквозь приоткрытую дверь.
– Беги-беги, жиртрест! – Дразнили пухляка дети. – Только не выбегай на дорогу, а то подумают, что это едет автобус!
Но ту огромная входная дверь громко захлопнулась, и в церкви вновь воцарилась тишина. Подхватив Тимми на руки, Сэлмен стал осторожно спускаться по лестнице, уходящей в темноту. Интересно, сколько тут ступеней? Сэлмен уже не видел лестницы, он нащупывал ступени ногой, опасаясь, что в следующий момент споткнется или провалится в пропасть. Наконец, нащупав носком ботинка, что ступени закончились и дальше ровный пол, он опустил медвежонка на землю. Он обшаривал руками стены в надежде найти выключатель. Кончики пальцев царапались о трещины в стене, шершавую поверхность и рамы старых картин. Чуть дальше стена стала более гладкой и влажной на ощупь, и тут он наткнулся на кнопку. Да будет чертов свет! Аллилуйя!!!
08
Холодный свет старой флуоресцентной лампы наполнил помещение бледным голубоватым туманом. Нервное подрагивание света создавало угнетающую атмосферу, от которой кончики губ сами опускаются вниз и без помощи силы гравитации. Место походило на заброшенный склад. Горы набросанных друг на друга старых вещей и безделушек громоздились в дальнем углу: красный ржавый трехколесный велосипед, санки, разной величины намокшие картонные коробки и прочий хлам. Казалось, в любой момент эта нелепая конструкция развалится, и Сэлмен на всякий случай решил держаться от этой свалки подальше. Стены были покрыты оранжево-бурой грязью, которую с трудом можно было назвать краской, сверху, из-под потолка в трещинах облупившейся краски расползалась темно-зеленая плесень. Облезшая штукатурка обнажала серые пятна бетона.
Сэлмену удалось разглядеть у дальней стены подвала встроенную черную дверь. Она была настолько черной, без единой пылинки, что казалось, будто это черная дыра, поглотившая все лучи света до последней капли и ведущая в никуда. Единственное, что выдавало в ней дверь, была позолоченная ручка.
Где вдали раздался сначала приглушенный раскат грома, затем волна звуков стала нарастать.
– На улице дождь. Может быть, даже, ливень. Там же девочка! Стоит одна под дождем!
– Думаешь, нет грома без дождя? Да даже если дождь, я уверен, что девочка не настолько тупая, чтоб не найти убежища.
– Она выглядела очень настойчивой. Не думаю, что она уйдет от своего, так называемого, наказания. Это некое страшная клятва, которую дети ни за что не могут нарушить.
– Да, конечно, как в тот раз, когда ты клятвенно пообещал отцу стеречь его тачку, а когда подошел страшный громила с огромной битой, твоя клятва сбежала очень быстро – так же, как и моча в твои трусы. Странные эти обещания, даже на себя не можешь рассчитывать. Хотел пукнуть, а вместо этого случайно пропоносился в штанишки. Эта тупая, слепая уверенность, что кто-то пойдет на все ради клятвы. Откуда такая иллюзия? Мы же все эгоисты, в конце концов.
– У меня на лбу большая дыра, что ли? Хватит насиловать мой мозг!
– Ой-ой-ой, какие мы вспыльчивые...
09
Глядя на черную дверь, было чувство, что она вот-вот отворится. И точно –золотистая ручка вдруг медленно повернулась. Сэлмен отпрянул назад, чувствуя, как все его тело покрылось мурашками. Из отворяющегося проема прорывались тонкие лучи света, плавно расходясь косыми линиями. В двери стоял незнакомец в черной мантии, тот самый тип, на которого Сэлмен наткнулся в забегаловке. Его лицо было все так же скрыто под широким капюшоном. Мерным шагом незнакомец вплотную приблизился к незваному гостю, в чью ногу крепко вцепился насмерть перепуганный медвежонок. Сэлмен покрылся холодным потом от страха, его мышцы словно окаменели, превратив тело в неподвижную статую.