Как только безжизненные тела ангелов обрушились вместе с предметами на пол, комнату накрыла тишина. Сэлмену она напомнила ту самую тишину, которая наступила после зачистки арабской деревни воздушной артиллерией. Мертвая тишина. Сэлмен ощущал, как она душит его изнутри и не позволяет произнести ни звука, даже если бы он очень этого хотел.
Жесткий стук каблуков туфель священника разнесся по комнате, взламывая тишину, как трескающийся лед. Эдисон шагал, как идет завоеватель через поле боя, который позорно проиграл в битве, но чувствовал, что еще не проиграл войну. По пути он разглядывал своих павших воинов тьмы: разбросанные по полу, застывшие в искривленных позах, с неестественно выкрученными конечностями и разбитыми, словно яйца всмятку, черепами. Некоторые тела проломили стену, иные в ней застряли.
Пастырь направлялся Сэлмену и Габриэль. Они были измождены и так и лежали на полу, обнявшись, не имея сил даже расцепить руки. Эдисон остановился подле них, он был разочарован.
– Странно, что она пыталась спасти твою жалкую жизнь, – наконец произнес Эдисон с отвращением в голосе.
Затем, словно вспомнив что-то важное, с удивлением спросил:
– С чего вдруг ангел решил тебе помочь? Да кто ты вообще такой?! Ты не мессия, да и добра в душе твоей не узреть. Сердце твое совсем не склонно к Богу. Так скажи мне – что?! Что в тебе такого особенного?!
Габриэль с трудом приподняла голову и дрожащим голосом произнесла:
– У него есть сердце, я чувствую это... Глубоко в душе он хороший человек и способен творить добро. А ты… ты свое сердце давно потерял… Эди… сон...
Сэлмен еще крепче, насколько сейчас мог, обхватил Габриэль ноющими от боли руками и посмотрел в ледяные, бесчувственные глаза Эдисона.
– Зачем ты это делаешь? Кто дал тебе право судить и наказывать людей, а тем более – детей?! – Голос Сэлмена звучал свирепо. Габриэль в его руках вдруг обмякла и перестала дышать. Сердце Сэлмена окутал мрак, ладонь превратилась в кулак. Он замахнулся, чтобы нанести удар прямо в лицо пастыря, но Эдисон с невероятной скоростью перехватил его руку в каких-нибудь миллиметрах от своих глаз. Приподнял одну бровь, сверкнул безумными глазами и, улыбаясь, резко выкрутил руку Сэлмена, пока не услышал громкий хруст перелома.
– А-а-а!!! – Вопль Сэлмена, кажется, был слышен по всей округе. Крик его перешел в стоны и поскуливание, он не чувствовал ничего, кроме невыносимой, бесконечной боли. Он еще старался приглушать свои крики, пытаясь спасти остатки собственной гордости, но с приступом тошноты ему справиться не удалось, извергшаяся блевотина уже растекалась потоками по его ботинкам.
– Что теперь? Почему я не убежал, как этот трусливый медведь? Зачем я остался кому-то помогать? Все было зря: Габриэль мертва, у меня сломана рука, раненая нога кровоточит, все тело в укусах и глубоких царапинах.
– Ты как надкусанный и брошенный в мусор стейк. И твой вкус настолько мерзок, что никто не желает тебя доедать. Хоть бы кто-нибудь закончил твои мучения. Нытик!
– Он сжалится надо мной, если убьет быстро, – подумал Сэлмен. Он взглянул на тело Габриэль. – Я даже не смог отомстить за ее смерть...
И тут он заметил две сияющие точки у пастыря за спиной. Это был Тимми, он вышел из тьмы и маленькими шажочками подкрался к Эдисону, у ног которого все еще лежал темный плащ.
– Если медведь вдруг захочет что-нибудь сделать, например, попробовать сбить пастыря с ног, это будет очень глупо с его стороны, – подумал Сэлмен. – Его силу и скорость рефлексов я уже испытал на собственной шкуре.
– Надеюсь, он не сделает ничего глупого.
– Может, он отвлечет его внимание, и я успею выбежать за дверь, подняться по лестнице и навсегда убежать из этой больной церкви!
– И что потом? Куда ты побежишь? Ты так стремился попасть в эту церковь, чтобы найти какие-то ответы. Так куда же побежишь теперь? Это ведь его город! Все обречено, и нет никакой надежды...
14
Плюшевый медведь подпрыгнул, вырвав из руки священника библию. Эдисон бросился за ним в погоню. Держа библию двумя лапами над головой, Тимми шаловливо носился по комнате и кричал хвастливым детским голоском:
– Божественная сила в моих руках! Божественная сила в моих руках!