– Я… я лишь смутно помню, что была какая-то автокатастрофа. Странно, но я не помню, почему была авария и что было до нее. Все как-то в кашу смешалось…
Эдисон выглядел беспомощно:
– Я тоже помню автокатастрофу… – Но тут же спохватился и его лицо приняло прежнее мрачное выражение. – Но не в этом причина твоего пребывания! Кто такой доктор Мерфи!? Ты же пытаешься попасть на его вечеринку, не так ли?! Кто он? Я спрашиваю, кто?!
– Я не знаю! Вообще впервые о нем слышу. Я никак с ним не связан и мне вообще на него наплевать. Я прочел какое-то странное объявление на тумбе в твоем сраном городке и вдруг на моей руке появились эти чертовы часы…
– Какая тумба?! Какие часы?! Ты мне зубы не заговаривай! В моем городе никогда не было тумбы с чертовыми объявлениями. Она появилась только когда ты приперся. А вместе с ней и эта тупая мысль о похоронной вечеринке пробралась, как змей Эдема, в мои святые мозги. Кто этот доктор Мерфи?! Признавайся!
– Да говорю тебе, что не зна… – Сэлмен пытался объяснить, но священник резко прервал его.
– Я сказал, отвечай! Сейчас-же!!! – Свирепо заорал Эдисон, бросил Сэлмена на стеклянный потолок и начал душить его, будто пытаясь выдавить из горла всю правду. Сэлмен вспомнил момент, как ему пришлось душить того молодого вьетнамского солдата и теперь чувствовал, что карма решила вернуть ему должок.
Эдисон решил не церемониться и довести дело до конца, поняв, что вряд ли сможет из него что-нибудь вытащить. Вцепившись в шею Сэлмена, он вознамерился задушить его до смерти, но тут какая-то темная точка появилась в месте, где его руки смыкались на шее Сэлмена, и чем сильнее пастырь сдавливал шею этого жалкого человечишки, тем больше разрасталась эта точка, пока не превратилась в большое пятно. Откуда-то из-под тела Сэлмена поползли мрачные тени, медленно возносясь вверх, как прозрачный дым сигарет.
– Кто это?! – Голос священника дрогнул. Он был до смерти напуган и от страха даже отпустил Сэлмена. – Кого ты ко мне притащил?! Боже, спаси и сохрани!
Сэлмен впервые увидел неподдельный страх в глазах Эдисона, и в этот момент в его выражении лица промелькнуло что-то от того напуганного мальчика Эдди. Сэлмен посмотрел туда, куда таращился Эдисон, но никого там не увидел. Зато заметил, как откуда-то из-за него, сзади выползают черные, как смола, стебли роз, усыпанные огромными шипами. Они быстро разрастались, сплетаясь стеблями и образуя восьмерки, напоминая колючую проволоку. Эдисон выкрикивал молитвы вперемешку с руганью, пока цепкие сплетения не вонзились ему в грудь. Плети колючей проволоки плотно обвили священника и сбросили его с потолка на шахматный пол, откуда за всем происходящим с удивлением наблюдали Тимми и Эдди.
Но Эдиссон не видел пред собой никаких шипов, он с ужасом наблюдал за мрачным человеческим силуэтом, – это был тот, кто недавно напал на Сэлмена в коридоре. Это он сейчас рвал священника на части, точно дикий волк, терзающий кролика.
А Сэлмен тем временем видел, как колючая проволока все плотнее закручивается вокруг Эдисона, впиваясь в кожу, проникая во все отверстия и попутно создавая новые.
До этого момента Сэлмен желал лютой смерти этому больному извращенному садисту, но, наблюдая за тем, как шипы разрывают его на мелкие кусочки, ему стало не по себе.
Никому бы не пожелал такой смерти, – подумал он.
– А я именно так и представлял себе эту картину. Конечно, крови маловато, но все равно – красота…
Сэлмен больше не смог на это смотреть, он отвернулся, закрыв ладонями уши, чтобы хоть немного приглушить нечеловеческие вопли агонизирующей жертвы. Он и представить себе не мог, что что-либо на свете может заставить человека так кричать, особенно такого бессердечного убийцу, как Эдисон.
Эдди забился в темный угол, сжался в комок и сидел так, закрыв глаза и заткнув уши. Он бормотал молитву, пытаясь заглушить крики священника. Тимми, наконец выбравшийся из-под мантии священника, тоже решил отойти как можно дальше от этого странного мрачного существа.
Крики, наконец, стихли – и в тот же миг Сэлмен свалился с потолка.
– Что-то ты часто падаешь в последнее время. Просто чудо, что ты все еще жив.
Как только пыль, поднявшаяся от его падения, осела, он увидел, что колючий сорняк тьмы, к удивлению, уже куда-то испарился. Эдди стоял пред ним, протягивая руку помощи. Конечно, вряд ли мальчику удастся помочь ему встать, но отказываться от столь щедрого предложения было бы с его стороны слишком жестоко. После всего того, что тот пережил, надо дать ему почувствовать себя полезным.
– Спасибо тебе, Эдди. – Сэлмен поблагодарил мальчика слегка охрипшим голосом и оперся о его руку в попытке встать на ноги. Боль пронзила все его тело, разбегаясь от сердца к конечностям как трещины по разбитому стеклу.