— Здравствуйте, тетушка, — сказал он женщине, гревшейся у очага, среди детей, примостившихся около нее. — Узнаете?
— Да как не узнать, сударь. Вы приезжали весенней порой, два экю мне подарили.
— Вот, возьмите-ка. Это вам и детям.
— Как благодарить-то вас, сударь! Да сохранит вас господь.
— Не меня благодарить надо за эти деньги, а покойного доктора Бенаси.
Женщина подняла голову и взглянула на Женеста.
— Ах, сударь, хоть он и отдал все свое имущество нашему бедному краю и все мы — его наследники, а все же мы потеряли самое большое наше богатство, потому что он для нас старался...
— Прощайте, тетушка, молитесь за него, — сказал Женеста, ласково похлопав хлыстом малышей.
Ребята и их приемная мать проводили его; он вскочил на лошадь и поехал дальше. Вот от дороги, проложенной вдоль долины, отошла тропа, ведущая к домику Могильщицы. Офицер поднялся на холм, откуда виднелся домик, и с тревогой обнаружил, что двери и ставни затворены; свернув на большую дорогу, обсаженную тополями, с которых облетели все листья, он увидел, что ему навстречу бредет старик работник, без котомки с инструментами, одетый, вероятно, в лучшую свою одежду.
— Доброго здоровья, дедушка Моро!
— И вам доброго здоровья, сударь. Узнаю, узнаю, — прибавил он, помолчав, — вы — друг покойного господина мэра. Ах, сударь, почему милосердный бог не прибрал вместо него бедного калеку вроде меня? Какая от меня польза? А он ведь был нашим утешителем.
— Не знаете, отчего пусто в доме у Могильщицы?
Старик взглянул на небо и спросил:
— А который час, сударь? Солнца-то не видать.
— Сейчас десять.
— Ну, значит, она у обедни или на кладбище. Каждый день туда ходит; он-то наследство ей оставил: ренту в пятьсот франков и дом в пожизненное владение, да только не на радость ей — не стало его, и она, прямо сказать, рехнулась.
— Куда же, дедушка, путь держите?
— На похороны Жака, бедный мальчишка племянником мне доводился. Вчера утром умер. Да ведь какой хворый был; его только наш дорогой доктор и поддерживал. Молодые, а помирают, — прибавил Моро полужалобно, полунасмешливо.
Подъезжая к селению, Женеста остановил лошадь, увидев Гондрена и Гогла, вооруженных заступами и кирками.
— Ну, старые вояки, — сказал он, — свалилась на нас беда, не стало его!
— Хватит, хватит, господин офицер! — сумрачно прервал его Гогла. — Сами про это знаем. Вот нарезали дерна для его могилы.
— Про него есть что порассказать, верно ведь? — сказал Женеста.
— Да, ежели отбросить дела военные, он — Наполеон нашей долины, — ответил Гогла.
Женеста подъехал к церковному дому и тотчас же заметил на пороге Бютифе и Адриена, говоривших с Жанвье, который, очевидно, только что отслужил обедню. Не успел офицер спрыгнуть с лошади, как Бютифе взял ее под уздцы. Адриен же бросился на шею отцу, которого глубоко тронула сыновняя ласка. Однако офицер скрыл свои чувства и сказал юноше:
— Да ты совсем поправился, Адриен! Ей-богу! Спасибо нашему покойному другу — ты стал настоящим мужчиной! Не забуду я и твоего наставника Бютифе.
— Эх, полковник, — воскликнул Бютифе, — взяли бы вы меня к себе в полк. Право же, вот умер господин мэр, и я теперь сам себя боюсь. Ведь он так хотел, чтобы я стал солдатом. Надо исполнить его волю. Он все рассказал вам про меня — будьте же ко мне снисходительны!
— Идет, дружище, — сказал Женеста, пожимая ему руку. — Будь спокоен, я постараюсь, чтобы тебя зачислили в наш полк. Вот какие дела, господин кюре...
— Я скорблю, как все жители кантона, но живее, нежели они, чувствую, какую непоправимую утрату мы понесли. Доктор Бенаси был сущим ангелом! Одно утешение, что он умер без страданий. Господь милосердной рукою развязал узы его жизни, служившей для всех нас неиссякаемым источником благодеяний.
— Ежели вам нетрудно, проводите меня на кладбище. Мне хотелось бы хоть на могиле у него побывать, попрощаться с ним.
Бютифе и Адриен шли позади Женеста и кюре, которые всю дорогу беседовали. Они пересекли селение, направляясь к маленькому озеру, и подполковник увидел на противоположном берегу, на скалистом склоне горы обширный участок, обнесенный стеной.
— Вот и кладбище, — сказал ему кюре. — Месяца три назад господин Бенаси нашел, что не место погостам близ церквей, и, следуя закону, предписывающему устраивать кладбища поодаль от жилья, передал для этой цели свой собственный участок в дар общине; он похоронен там первым. Сегодня мы похоронили там отрока. Итак, начали мы с того, что погребли добродетель и невинность. Неужели смерть — воздаяние? Быть может, бог в назидание нам призвал к себе две безгрешных души, ибо у него находят прибежище те, кто в юном возрасте претерпели телесные муки, а в более зрелом — муки духовные. Вот и простой сельский памятник, который мы ему воздвигли.
Женеста увидел земляную пирамиду футов в двадцать вышиною, еще оголенную, но по граням ее уже кое-где зеленел дерн, принесенный жителями. У подножия огромного креста, сколоченного из еловых стволов, покрытых корою, на камне сидела Могильщица и плакала навзрыд, закрыв лицо руками. Офицер прочел слова, вырезанные большими буквами на кресте:
ГОСПОДИ, ПРИМИ ЕГО ДУШУ!
ПОД СИМ КРЕСТОМ
ПОКОИТСЯ ДОБРЫЙ ГОСПОДИН БЕНАСИ,
ВСЕМ НАМ ОТЕЦ.
МОЛИТЕСЬ ЗА НЕГО!
— Вы придумали эту надпись или же... — спросил Женеста.
— Нет, не я, эти слова повторяет народ повсюду: и здесь, и в горных кантонах, и в Гренобле.
Женеста в сосредоточенном молчании постоял у могилы, потом подошел к девушке, которая даже не заметила его, и сказал, обращаясь к кюре:
— Вот выйду на пенсию и поселюсь у вас, чтобы здесь окончить свои дни.
Октябрь 1832 г. — июнь 1833 г.
Примечания
Роман «Сельский врач» был впервые опубликован в сентябре 1833 года. Он вышел в двух книгах, делился на 36 небольших глав. До выхода этого издания Бальзак опубликовал в журнале «Литературная Европа» ( «L'Europe littéraire» ) эпизод из романа под названием «История императора, рассказанная старым солдатом на сеновале» (июнь 1833 г.).
Окончательную редакцию роман получил в четвертом его издании 1839 года.
В 1840 году «Сельский врач» вошел в XIII том первого издания «Человеческой комедии» («Сцены сельской жизни»).
(обратно)
1
Мадмуазель Рокур Франсуаза — французская трагическая актриса.
(обратно)
2
Пиго-Лебрен — псевдоним Гийома Пнго де л'Эпинуа (1753—1835) — французский писатель, автор эротических романов, запрещенных в период Империи.
(обратно)
3
Синиль, или вайда — растение, из которого изготовляется синяя краска.
(обратно)
4
«Мне случалось видеть моравских братьев, лоллардов...» — Моравские или чешские братья — религиозная секта, возникшая в Чехии в XV в.; проповедовала нравственное самоусовершенствование путем простой трудовой жизни. Лолларды — «бедные братья», средневековая религиозная секта в Англии, выражавшая требования плебейских масс. Лолларды выступали против духовенства и феодалов за социальное равенство.
(обратно)
5
Босская долина — сельскохозяйственный район к югу от Парижа, известный своим плодородием.
(обратно)
6
Двадцать девятый бюллетень — обращение Наполеона к армии, в котором говорилось о трудностях отступления из России; издан Наполеоном в Молодечно в 1812 г.
(обратно)
7
Ступай прочь, не то я тебя убью (нем.).
(обратно)
8
Ступай прочь (неправильный нем.).
(обратно)
9
«...общественный договор неизменно будет союзом имущих против неимущих». — Жан-Жак Руссо в своей работе «Общественный договор» утверждал, что государство возникло в результате договора между собой свободных независимых индивидов. Бальзак употребляет здесь выражение «общественный договор» как синоним понятия «государство».
(обратно)
10
«Он запер их в той самой казарме, где они болтовней занимались...» — Подразумевается государственный переворот 18 брюмера (9 ноября 1799 г.). Сторонники Наполеона оцепили здание, где заседал Совет пятисот, и разогнали его. Правительство Директории было свергнуто.
(обратно)
11
«Один-то остался в живых...» — Имеется в виду Бернадот Жан-Батист (1763—1844) — маршал Франции; с 1818 г. — король Швеции под именем Карла XIV; принимал участие в коалиции против Наполеона.
(обратно)
12
«...под гнетом полумонастырской дисциплины ораторианцев...» — Ораторианцы — монашеский орден, руководил во Франции многочисленными коллежами, в которых обучалась молодежь.
(обратно)
13
«Во времена французской революции, после конкордата...» — Речь идет о договоре 1801 г. между Наполеоном и папой римским, согласно которому папа признавался главой французской церкви и только епископы назначались главой государства.
(обратно)
14
Беги, скрывайся, молчи (лат.)
(обратно)
15
«Он отправился в Рошфор...» — В 1815 г., после поражения под Ватерлоо и отречения, Наполеон отправился в Рошфор и там отдал себя в руки англичан на борту английского военного корабля «Беллерофонт».