Паша плёлся за ним.
— Кирюх, ну что ты как не родной? Весело же было! И бабосов мать твоя отвалила, можем пойти кутить дальше! Суббота, грех дома тухнуть!
Его голос раздражал, как гудение комара.
Кирилл опустился на диван. Перед глазами расплывалось.
— Ты хоть понимаешь, еблан пизданутый, что я мучился из-за измены?
— Так один день же всего! — Пашка плюхнулся в кресло, вытянул ноги.
— Один день?! Да я за один чуть не ёбнулся! А ты ведь хуй собирался мне рассказывать! Так что не «один день»!
— Ой, ну кончай, ничего ведь страшного не произошло.
Кирилл стиснул зубы и кулаки.
— Я тебе сейчас ебало начищу, гондон недоделанный!.. Так, захуем ты сейчас эту шкуру приводил? Звонила она мне… Опять махинации?
Паша поднял взгляд к потолку, постучал пальцами по обивке подлокотника. Опять не желал признаваться, гад! Но другого пути не было.
— Мать твоя попросила, — нехотя сообщил он, досадливо дёрнул губами. — Когда сегодня фотографии ей переслал. Попросила продолжить, закрепить твой интерес к бабам, так сказать. Чтобы тебя опять в натуралы потянуло, а ещё лучше, чтобы ты влюбился. В девку, конечно. Обещала хорошо заплатить, если ты за полтора месяца про голубизну забудешь. Сумму, правда, не назвала, но сказала, что не обидит. А я что, дурак от халявных денег отказываться? Я тебе давно говорил, что ты мне в нормальной окраске милее. Теперь накрылись мои лавандосики.
Кирилл слушал и охуевал. Лавандосики его интересуют, урод! А родители, родители-то?! Мамаша ведь не одна аферу проворачивала, отец-то тоже в курсе! Как они могли так с единственным сыном поступить?
Да очень просто могли. Так же, как загнали в капкан в случае с Егором. Деньги за излечение сына от пидорства опробованная стратегия. Там — отправить парня с глаз долой, тут — купить дружбу, подложить шлюху.
Это низость.
Но давно ли он сам стал высокоморальным?
Не имеет значения! Он — стал! Так что мешает другим расшорить глаза? Прогнившие суки! Хорошо, как вы со мной, так и я с вами. В голове Кирилла мгновенно возникла идея. Интересная, охуительная идея. Сам офигел, как чётко придумал.
— Ладно, Пахан, не ной раньше времени, — перешёл на более сладкий тон Калякин. — Мне Машка правда понравилась. Отпадная чика. — Он изобразил перед собой в воздухе форму её грудей. Преувеличил порядком. Машнов перестал дрыгать ногой, подвинулся вперёд:
— Я знал, что ты не устоишь!
— Перед такими дойками и мёртвый не устоит, а я живой. Как она тебе? Стоит того?
— Угу, — авторитетно кивнул Пашка и поднял вверх большой палец. Это означало, что никаких ограничений в сексе не последовало, оральный и анальный по желанию прилагаются. Трах высшей пробы.
— Тогда и мне точно надо попробовать, — усмехнулся Кирилл. — А про девственность?..
— Напиздела она, — отмахнулся Машнов, — для пущей важности. Красные дни у неё начались в процессе.
— Фу, — сморщился Кирилл. Он, как мог, играл на публику и старался не отличаться от себя прежнего, хотя это было несколько проблематично.
— Ничего, подождёшь пару дней и чпокнешь.
— Да. Прямо завтра ей и позвоню, — с энтузиазмом потёр руки Кирилл. Пашка довольно заржал и пошло потыкал языком в щёку. Он был слишком недалёк умом и изрядно накачан алкоголем и не замечал блефа.
— А как же Егорка? — выпучив глаза, хихикая, вспомнил он. — Ты же только что убивался по нему!
— А что Егорка? — пожал плечами Кирилл и дал он расплывчатые комментарии: — Егорка третью неделю в Израиле. И у него нет сисек.
— Вот — узнаю старого друга! — Пашка потянулся через комнату и шлёпнул Калякина по коленке. «Не друг ты мне», — мысленно отбрил Кирилл, а на деле растянул улыбку шире. Потом выпроводил хихикающего урода из квартиры и прислонился спиной и затылком к холодному металлу двери, закрыл глаза. Полтора месяца. Значит, не три, не два, не полгода, а всего полтора месяца? Конечно — отец же наверняка знает дату, когда ему переводить остаток денег, да и в зарубежных клиниках тоже есть определённые сроки лечения той или иной болезни, а каждый лишний день прибавляет к стоимости круглую сумму. Только бы ранняя выписка не отразилась на здоровье мамы Гали. Ерунда — за границей не дураки работают.
Полтора месяца. Так, сегодня второе октября, значит, Егор вернётся в середине ноября, плюс-минус. А он ждал его не раньше Нового года.
Руки и ноги обмякли, волна тепла прошла по всему организму — это внутри разжалась пружина, которая в последний месяц всё скручивалась, скручивалась. Кирилл с трудом верил, что осталось не так много времени, что пронесло с изменой. Но предки поплатятся за истраченные нервные клетки.