— Дурь?
— Не заморачивайся — груз до места назначения дойдёт, вы свою долю получите.
— Есть предложение — мы конвоируем груз от границы до вашего блок-поста.
— Это 150 километров, четыре административных района.
— Я беру ответственность за безопасность груза — вы прощаете нам долг.
— Там товара на сотни миллионов, один прокол и дырка в черепе.
— Не собираюсь жить вечно, но и до срока не хочется.
— Я подумаю.
На обратном пути Макс:
— Ты что задумал?
— Увидишь.
— Рисковый парень.
— Ты тоже: такой долг накопил — могли бы бестолковку завернуть.
Наташа позвонила, плача:
— Алёша, к дому менты подкатили, требуют открыть. Что мне делать?
— Никого не впускай. Скажи, что им сейчас позвонят — пусть подождут.
Макс:
— Что там?
— Менты наехали. Сдаётся, градоначальник пакостит. Ты с ним на "ты"? Брякни, объясни — сейчас подъедем, всё уладим.
Макс приложил трубку к боксёрскому уху:
— Алло, Михалыч, привет! Как жив-здоров? Молюсь, молюсь. Что там за буза на Сиреневой 12 в "финских домиках"? Ну, так всё решаемо, Михалыч — сейчас подъедем и разберёмся. Да, у нас новый Положенец — ему нужна берлога. Когда мы были без бабла? Отвечаю. Будь ласка, убери сотрудников. Ну, и молодчага.
Макс схлопнул сотик.
— Сволочь! Купил себе "Лексус" за "лимон" — на какие, спрашивается, шиши?
— Макс, мне нужны колёса.
— Даже и не думай! Лучше бери мою "Аудюшку".
Мы въехали в город.
— К Администрации, — бросил Макс водителю.
— Поднимешься с нами, — добавил я.
В приёмной:
— Граждане, приём на сегодня окончен — приходите завтра.
И секретарше:
— Доложите, прибыл господин Максимов с товарищем.
Макс покачал головой на мою дерзость, а водитель, распахнув объятия, выпроваживал из приёмной посетителей.
— Вас ждут, — вернулась секретарша.
Я водителю:
— Проследи, чтоб не мешали.
И вошли с Максом в кабинет Главы города.
Он сидел, откинувшись в кресле, подпирая брюшком стол и барабаня по нему пальцами. Макс пожал его пятерню и присел на стул.
— Это и есть новый Положенец? Как зовут? — смерил меня взглядом хозяин кабинета.
Я не спешил представляться, сел на стол Главы, полюбопытствовал набором авторучек в малахитовом кубке, приглянувшуюся сунул в карман.
— Какие вопросы по дому на Сиреневой?
— Недвижимость денег стоит.
— Какой ты меркантильный человек — всё на бабло переводишь. Нет, чтоб взять и подарить хорошему человеку.
— Что? — мэр округлил глаза и попытался встать.
Я дёрнул его за галстук, и он ткнулся фейсом в столешницу. Из носа закапала кровь. С лица стекли самоуверенность и брезгливость, остался только испуг.
— Ключи от "Лексуса" на стол.
— Что?
— Тихо слышишь? Сейчас излечим.
Сунул авторучку в мэровское ухо. Тут же ключи легли на стол.
— Документы.
— В машине.
— Не отчаивайся, мужик, ты себе ещё наворуешь, — направился к выходу и от дверей, — А за дом спасибо.
Макс развёл руками, пожал плечами:
— Вот и познакомились.
На улице:
— Ну, ты даёшь стране угля — мелкого, но много. Домой?
— В офис, — бросил ему ключи. — Мне нужен водитель.
Офис сиял новой мебелью. В рекреации бандюки резались в нарды. В дежурке сидел дежурный. Васильевны на своих местах. В приёмной хозяйничала секретарша Изабелла, высоченная грудастая дама да ещё с белокурым шиньоном на голове.
— Вам чаю?
— Предпочитаю натуральный бразильский кофе. Запишите.
— Сейчас пошлю кого-нибудь.
— Я не о кофе. Запишите — заказать на все машины проблесковые табло с логотипом "Охранное агентство "Алекс", звуковые сирены. На входе панель, по городу — баннеры. Пригласите ко мне дежурного.
Позвонила Наташа:
— Во сколько приедешь? Не задерживайся — ждёт сюрприз.
— Сейчас освобожусь — народ назавтра озадачу.
Вошедшему дежурному:
— Были обращения? Будут — фиксируй в журнале. И по каждому случаю немедленно докладывать мне. Научитесь работать — разрешу действовать самостоятельно. График дежурства составили? Знаешь, кто тебя меняет? Так и будем службу править — один у телефона, двое с машиной на подхвате. Мы наведём в этом городе порядок.
Водителя звали Лёвчик. С "Лексусом" управлялся умело, был говорлив, когда надо умел молчать. Подбросил меня к дому.
— Есть где машину ставить? Завтра без пятнадцати восемь.
Наташа встретила у порога, приложила палец к губам, жестом приказала снять кроссовки. На цыпочках крался за ней до детской.
Трёхлетнее создание сидело на полу пустой комнаты и, наряжая куклу, напевало:
— Уходи, двель заклой — у меня тепель длугой
Мне не нужен больше твой номел в книшке запифной….
Отстранив Наташу, прошёл в детскую и подсел к её хозяйке.
— Здорово.
Девочка подала маленькую ладошку.
— Тебя как зовут?
— Катюша.
— А маму?
— Наташа.
— А папу?
— Ты мой папа, — девочка ткнула в меня пальчиком и для убедительности потрясла косичками.
Спазм нахлынувших чувств вдруг перехватил горло. Привлёк Катюшку к груди, поцеловал в темечко.
— Это твоя подружка? — на куклу.
— Дочка Маша.
— А кто же её папа?
— Ты, — вновь в работе пальчик и косички.
Отпустив ребёнка, обнял её маму.
— Я, оказывается, многодетный многожёнец.
По щекам позавчерашней проститутки текли слёзы.
Репетиция прошла успешно. Пустую фуру две машины с мигалками "Алекса" отконвоировали от Н-ска к таможне на границе и оттуда в обратном направлении до блокпоста областного центра. Менты на наш эскорт только шеи вытягивали да зенки пялили. Где им, тупоголовым, сообразить, что мы замышляем. Даже скучно стало.
На пути в Н-ск связался с парнями в кабине фуры и задней машине:
— Грустите, черти? Сейчас развеселю. Разыграем ситуацию — менты пытаются остановить. Действуем так — мы блокируем патрульных, вы идёте дальше, и через пару-тройку километров снижайте скорость, поджидайте.
Своим в салоне:
— Выскакиваем все, машем стволами — шмальнуть не вздумайте — и орём оголтело, как кавказцы. Мол, что за на хрен и кого чёрта? Помогать должны, а не палками своими размахивать. Вот вставят их вам, куда следует, тогда узнаете. И прочую пургу. Поорали, в машину и дальше.
Парни приободрились в предвкушении спектакля.
Вот и зелёноблузочники — легки на помине. Гибэдэдэшник стоял у обочины, поигрывая полосатым жезлом, и не думал нас останавливать, только приглядывался с любопытством.
— Дави, поганца, — приказал водителю.
"Рено" резко вильнул к обочине, гася скорость. Спасаясь от его бампера гаишник прыгнул задницей на капот своего автомобиля. Четыре двери распахнулись разом — бойцы в чёрно-белом камуфляже ринулись на ментов:
— Вы что себе позволяете? Вы на кого хавальник разинули? Ты кто по званию? Тебе служить осталось ровно полчаса после моего звонка….
Ну, и прочее в том же духе.
Менты оторопели. Тот, что на капоте, плечами жмёт, руками разводит, слова вымолвить не смеет. Напарник его в машине запёрся. Потешили, одним словом.
Позвонил Сан Санычу:
— К транспортировке товара готов.
— Ну, раз готов, принимай, — и озвучил день и час.
Конвоем руководил Макс. Ещё четыре машины с бойцами, рассредоточенные по трассе, вели наблюдение за ДПС. Я сидел в офисе и принимал информацию о движении груза. Когда Макс отрапортовал:
— Товар сдал.
Я ему в унисон:
— Поляну накрыл, — и назвал загородную шашлычку.
Васильевны, предводительствуемые Изабеллой, выразили желание принять участие в корпоративчике, и мне пришлось внушать бандюкам, чтобы вели себя пристойно. Так и было до поры, до времени, пока за столами не зазвучали речи о недостатке женского общества. Тогда я увёз последних — впрочем, интерес был к представительницам другого возрастного поколения и профессиональной ориентации.