Пригубив стакан с пузырящейся жидкостью, эксперт народно-технического творчества отважилась на вопрос:
— Вы довольны моей работой, шеф?
— Любопытное начало. Скажу "да" или скажу "нет" — будут разные варианты продолжения?
— А почему "нет"?
— Ну, скажем, после "граншлака" вы не предложили ни одной стоящей темы. Оскудел народ талантами или думать разучился?
— Нет, как раз….
— Погодите, — перебил даму и, схватив сотовый, набрал Макса. — Ты где? В офисе? Включи ящик на областной канал. Видишь?
— Как капусту тракторами бульдозерят?
— Макс, мне нужны эти люди.
— Механизаторы?
— Китайцы. Слетай, привези узкоглазого пахана.
— Босс, их гонят взашей из области.
— А мы пригласим. Мы посадим их на тепличное хозяйство — лучших трудяг мир ещё не знал. И дома им поставим — будет у нас свой чайна-таун.
Выключил телевизор:
— Простите, Елена Борисовна, на чём мы остановились?
— Вас вчера не было, а меня посетил очередной соискатель с интересным, на мой взгляд, предложением.
— И в чём суть?
— Организация садкового рыбоводства на тёплой воде ГРЭС.
— Да? К сожалению не прокатит. Меня Борисов предупреждал, что по этой теме имеется уже горький опыт — предприятие оказалось убыточным.
— Господин утверждает, что стоял у истоков того начинания и знает причину фиаско — неправильная конструкция садков. Из-за неё перерасход кормов, мальковый мор и недобор массы у товарной продукции. Его изобретение позволит устранить прежние огрехи и сделает предприятие рентабельным.
— Да? И где же он, наш спаситель?
— Сейчас пойду и вызвоню. Вы в офисе будете?
— Елена Борисовна, — остановил помощницу у дверей. — А если скажу "да" — вы хорошо работаете, каково будет продолжение темы?
Она вернулась на свой стул.
— Заканчивается монтаж линии граншлака — через пару-тройку дней пойдёт продукция.
— Иии…?
— У нас нет покупателей. Я хочу стать менеджером по рекламе.
— В том числе или вы отказываетесь от прежних должностей?
— Три должности — три оклада.
— У вас не останется времени на личную жизнь.
— А она мне нужна?
— Вы молодая, красивая….
— Но глупая — полюбила женатого и бесчувственного.
Мне расхотелось продолжать диалог.
— Идите, должность ваша.
…. Склонился над чертежами садков.
— Билли, ни черта не понимаю. Есть тут зерно?
— Весьма разумно, но дело не только в них. Дело будет рентабельным, если развивать его комплексно. Садковое хозяйство без собственного воспроизводства малька это грошик прибыли на рупь вложений. Нужен рыбозавод. Молодь сама может стать весьма и весьма прибыльным товаром. Для реализации свежей рыбы не один в городе, а сеть магазинов по региону, ну и транспорт соответствующий. Непроданный товар возвращается на переработку — нужен цех засолки, коптильня. До консервации, думаю, дело не дойдёт — не те объёмы.
— Ну, и что? — я выпрямился и оптимистично глянул на изобретателя садков. — Есть деньги, есть желание, а почему бы не попробовать?
— Нет, нет, — засуетился гость, сворачивая ватман. — Вы не думайте, никакого риска. Я могу и экономические расчёты представить — все вложения оправдаются.
— А вы кто, инженер или экономист?
Изобретатель снял очки, протёр линзы и, водрузив их на место, сказал:
— Я был директором того, неудачного предприятия.
— Попробуйте теперь роль успешного руководителя. Только одного садкового хозяйства мало, надо развивать тему комплексно.
И процитировал Билли.
— Ну, как?
— Масштабно.
— Потяните?
Он колебался лишь мгновение.
— А почему нет?
И протянул руку:
— Анатолий Васильевич Садовой.
…. Рамкулов позвонил.
— Что же вы, Алексей Владимирович, ноги мне пилите?
— Ты о чём? Слушай, не люблю по телефону — подъезжай.
Он приехал, придвинул к себе чашку кофе, а мне сунул газету.
— Шикарно живёте, господа новаторы и бизнесмены, — вертел головой Рамкулов, восторгаясь моим офисом.
— Ну, что тут, что? — мне не хотелось листать газету.
— А вот объявление: "НБЭ" требуются руководители и рабочие строительных специальностей. Это как понимать? Ещё один шараш-монтаж в городе? Хватит ли нам работы?
— Мне хватит.
— Если не секрет….
— Не секрет — шлаколитые дома.
— Да у меня кирпичных целые улицы не проданы.
— Твои дорогие.
— Кто заказчик?
— ГРЭС. Для своих рабочих — комфортные, доступные дома на земле.
Рамкулов мрачнел от слова к слову. Хлебнул остывший кофе и не в силах проглотить выплюнул в чашку.
— Пойду.
— Сидеть. Слушай предложение — продавай мне свою базу и переходи в "НБЭ" главным строителем. Будешь специалистом при деле с кругленьким капитальцем на сберегательной книжке.
Рамкулов поднял взгляд полный тоски:
— Капиталистическая акула пожирает мелкую рыбёшку?
— Время частных контор уходит в небытиё — настала пора синдикатов, концернов, холдингов. Это надо понять, если желаешь двигаться дальше. Иначе скорое банкротство и ожидание пенсии в должности — ну, в лучшем случае — прораба.
— Ну, хорошо, — Рамкулов встрепенулся. — Есть время? Поедем, прокатимся.
Это был Н-ский завод ЖБИ (железобетонных изделий), с некоторых пор не работающий, но ещё охраняемый. Мы нырнули под шлагбаум, а из будки по трапу сбежал сторож.
— Куда прётесь? Вот я собак спущу.
— А я их перестреляю, — Валёк извлёк из подмышки шпалер и бахнул вверх для демонстрации. — И тебя заодно.
Сторожа будто ветром сдуло.
Изрядно мы поблукали меж огромных корпусов.
— Смотри, смотри махина какая! — восторгался Рамкулов. — Шесть силосов двухсоттонников — это тысяча двести тонн цемента зараз. А вон ещё такой же комплекс. Подъездной железнодорожный путь. Вон цех фундаментных блоков. Этот — плит пустоток. Там — панельных, стеновых. Здесь сварочный цех — арматуру собирать. Вон боксы транспортного цеха. А это мастерская ОГМ.
— К чему твой оптимизм?
— Такая махина простаивает. Вот он холдинг, вот он синдикат. Алексей Владимирович, запустишь завод, пойду под тебя, хоть распоследним прорабом.
— Договорились, — я протянул Рамкулову руку. — Кто собственник?
— Чёрт его знает. Где-то в области концы надо искать.
— А прежнее руководство здесь? Поехали, навестим.
К вечеру мне стали известны нужные адреса и телефоны. Позвонил Сан Санычу.
— Есть тема. Могу приехать?
…. — Говорят, ты круто развернулся в Н-ске, — Сан Саныч подлил мне кипяточка в чашку.
Глядя на хозяина, замочил четыре пакетика чая.
— Приезжайте, покажу.
— Конечно, конечно. Что за темочку привёз?
— Хочу заводик приобрести по дешёвке, а хозяева здесь. Вот приехал за "добром" и советом.
— Ты, Гладышев, всё под себя гребёшь, всё под себя. О Движении забыл. Ничего не вносишь в общак, давно уже.
— Сан Саныч, вы же сами разрешили.
— Я разрешил, я и запрещу. Что за заводик? Кто хозяева? Да этого треста и в помине нет. Хотя, конечно, треста нет, а люди остались. Ну, поищи, найдёшь — мне скажешь. Я, Гладышев, тоже хочу в твоём бизнесе участвовать. О старости надо думать….
— Если что, я могу купить его у вас.
— Мне твои деньги не нужны — в долю возьмёшь. Понял?
Я-то понял. Поймёт ли Борисов?
От могучего некогда треста остался пшик и забытая вывеска у входа. Многоэтажный корпус забит какими-то конторками, фирмачками, магазинчиками — грязь и суета. Только с помощью коменданта удалось отыскать осколок бывшей строительной империи. В незавидном кабинетике два джентльмена — а по сути, трестовские душеприказчики — резались в шахматы.
— Н-ский ЖБИ? Да-да, есть такой. Вы приходите завтра, мы отыщем документы и по цене поговорим.
Попробовал возразить:
— Я из Н-ска — мотаться не резон.
— Вам завод нужен? Тогда завтра.
Подали свои визитки, и снова склонились над доской, азартно щёлкая часами — играли пятиминутку.