— Позже будет веселее, ближе к полуночи начнутся танцы, — подмигивает мне Отис. — Кстати, ты великолепно выглядишь, Еси
— Соглашусь с Отисом, ты очаровательна, — подтверждает Курсон.
— Спасибо, — улыбаюсь им.
От Элигора комплимента не получаю, но мне хватает его восхищенного взгляда, который без слов рассказывает мне, что равнодушным демон точно не остался. Попивая уже второй бокал, болтаю с мужчинами, Курсон смотрит на меня с обожанием, Отис постоянно говорит комплименты, что мне очень льстит. Скоро к нашей милой компании присоединяется высокая, худая, как жердь, демоница — жена Элигора. Теперь я понимаю, почему он так жадно смотрит на мою грудь, его жена явно формами обделена, но не в них же счастье. Зато она оказывается довольно милой женщиной, которая легко вливается в нашу беседу. Смеюсь над очередной шуткой Курсона, делаю глоток шампанского и закашливаюсь, поперхнувшись, потому что замечаю, что Люцифер, находящийся недалеко от нашей компании, премило разговаривает с какой-то блондинкой в голубом пышном платье, которая фривольно поглаживает его по груди. Это и есть тот важный разговор, ради которого он бросил меня одну в этом зале? Может быть, уже подбирает мне замену, за четыре дня устав от слишком эмоционально нестабильной смертной, которая всё время пытается перечить. Мои глаза невольно наполняются слезами, рука сильнее сжимает ни в чем неповинный бокал, мне кажется, будто в зале стало очень душно, воздух с трудом проходит в мои лёгкие, от чего задыхаюсь.
— Извините, я вас покину, — слишком резко говорю демонам, продолжающим беседу. — Хочу выйти в сад, подышать свежим воздухом.
Кидаю последний взгляд на сладкую парочку: Люцифер что-то шепчет на ухо блондинке, приобнимая её за талию, а та заливисто смеется, запрокинув голову. Во рту появляется привкус желчи. Жалость к себе, обида и горечь смешиваются, заполняя мой разум, почти бегу в сторону дверей, которые должны вывести меня в сад. Может быть удастся сбежать отсюда? Не хочу больше видеть этого… демона, пусть и дальше развлекается со своей длинноногой знакомой! Останавливаюсь около живой изгороди, вдыхаю свежий ночной воздух и смотрю на тёмное небо, усеянное звёздами, они кажутся такими родными и близкими, будто я снова дома, в своём мире, где не было всех переживаний, страхов и чувств, которые мне довелось пережить за последние четыре дня. Всего четыре, а кажется, будто с момента моего попадания в этот мир прошла целая вечность, настолько наполненными впечатлениями были эти дни.
— Есения, с тобой всё в порядке? — раздаётся позади голос, мне на плечи ложится пиджак.
Только теперь понимаю, что и правда замёрзла, тело покрылось мурашками от ночной прохлады, царящей в саду.
— Спасибо, Отис, всё хорошо, — натянуто улыбаюсь демону, который проявил заботу обо мне.
— Мне показалось, что ты чем-то расстроена, — внимательно вглядывается в моё лицо мужчина.
— Тебе показалось, — уверенно говорю ему. — Просто захотела прогуляться, освежиться, слишком душно в зале, да еще пузырьки ударили в голову.
— Значит дело не в том, что Его Высочество снова флиртует с Аурелией? — хитро улыбаясь, уточняет Отис.
Я же скриплю зубами от злости, перед глазами снова встаёт эта пара, которая была так поглощена друг другом, что, кажется, не замечала ничего и никого вокруг.
— Кто такая Аурелия? — интересуюсь, как бы между прочим, но по сочувствующему взгляду демона понимаю, что моя детская уловка не сработала.
— Его любовница, почти постоянная.
— Что? — внутри всё замирает, когда слышу эти слова.
— Уже несколько веков они состоят в весьма странных отношениях: сходятся и расходятся, кажется, даже хотели пожениться одно время, но что-то не сложилось, — рассказывает Отис, не замечая, что своими словами, будто вгоняет гвозди в крышку моего гроба. — Аурелия последние лет двадцать жила в Землях Равновесия, но несколько дней назад вернулась, теперь, видимо, последует новый виток страсти между ними, может хотя бы в этот раз он перерастёт в свадьбу, наследнику престола давно пора остепениться. Кстати, Аурелия…
— Пожалуйста, хватит, — тихо прошу демона, зябко ежусь, кутаясь в его пиджак.
Невежливо перебивать, когда тебе пытаются поведать очередную правду. Вот только я больше не могу слушать, моё сердце и так стучит, словно бешеное. А если он любит эту демоницу? Наверняка… Иначе не возвращался бы к ней раз за разом. Тогда я точно обречена, если раньше я имела хотя бы призрачную надежду на взаимность, то теперь и она погребена под грузом прошлого, открывшегося мне.