— Я же тебя очень хорошо знаю, мы не первую сотню лет близки, — слышу усмешку в игривом тоне. — Если я тебе когда-то отказала, это не значит, что не нужно предложить еще раз, спустя какое-то время, тем более не значит, что нужно брать в жены смертную, с которой ты едва знаком.
— Аурелия, ты не права.
— Я понимаю, что обидела тебя, но уже всё осознала. Столько лет прошло, теперь я готова на нерушимые узы брака.
— С чем тебя и поздравляю.
— Ты что, не понимаешь? Я готова выйти за тебя! Связать свою кровь с твоей, — взволнованно восклицает Аурелия.
— Послушай, я очень ценю это, но теперь я не готов. Уж извини, — в низком голосе моего демона слышится усмешка.
А мне становится легче, немного, ведь то, что она сейчас находится с ним наедине всё равно жутко меня раздражает. С замиранием сердца ловлю каждое слово их беседы.
— А с ней готов, Люцифер? Со смертной? — с презрением спрашивает демоница. — Всего пара-тройка сотен лет и ты снова останешься один. Только вот я уже вряд ли буду к тебе благосклонна.
— Зачем ты пришла? — всё так же, не повышая голос спрашивает мужчина. — Я знаю всё то, что ты хочешь мне сказать.
— Ну хорошо, если ты всё решил. Тогда я просто помогу тебе расслабиться, хочу провести с тобой нашу последнюю ночь, которую ты вряд ли когда-то сможешь забыть. Хочу, чтобы вспоминал обо мне, жалел, что потерял, хочу, чтобы сходил с ума от страсти, — соблазняюще, с придыханием, говорит Аурелия, понизив голос, а мне остаётся лишь скрипеть зубами и догадываться, какие действия и в каком виде она там совершает. — Ты же знаешь, как потрясающе нам с тобой вместе, ты только меня можешь целовать в губы, не испытывая брезгливости, только со мной ты сгораешь в пламени желания, только я способна вырывать стоны из твоей груди. Ты сам мне об этом говорил, помнишь?
Он правда ей так говорил? Чёрт возьми, почему я не выцарапала ей глаза ещё на полночном балу? Замираю в ожидании решающего мига: сейчас я смогу убедиться, насколько чувства Люцифера ко мне искренние. Только бы он отказался, не хочу вновь испытывать боль.
— Аурелия достаточно, — раздраженно говорит Люцифер, будто услышав мои мысли. — Я скажу один раз, но надеюсь, что ты услышишь. Я люблю Есению, меня не волнует, что она смертная и я надеюсь, что смогу сделать каждый день, отмеренный нам, счастливым.
— Не может этого быть… — пораженно выдыхает демоница. — Ты не можешь любить смертную, ты любишь меня!
— Больше нет, да и вряд ли когда-то любил. Пожалуйста, оставь меня.
— Но…
— Я СКАЗАЛ ПОКИНЬ МОЮ КОМНАТУ! — ревёт демон.
Я отскакиваю от двери, и очень вовремя, потому что она распахивается, чуть не припечатав меня к стене, полуголая демоница, явно взбешенная произошедшим, стремглав выбегает из комнат. Жду несколько минут, давая Люциферу время, чтобы успокоиться и проскальзываю в его спальню. Нерешительно замираю и шарю глазами по помещению, нахожу мужчину, сидящим в кресле спиной ко мне, напротив горящего камина. Тихо ступая по полу, подхожу и кладу ладони на его напряженные плечи.
— Аурелия, я, кажется, ясно сказал, — недовольно говорит Люцифер и поворачивает голову, выражение его лица мигом меняется с агрессивного на удивлённое. — Есения? Что ты здесь делаешь?
— Извини, я знаю, что не должна тебя видеть до свадьбы, — покаянно опускаю голову.
Он за руку обводит меня вокруг кресла и помогает забраться к нему на колени, сворачиваюсь калачиком, обвив руками демона за шею, вдыхаю родной запах и ощущаю, как мои тревоги отступают.
— Что у тебя случилось? — тихо спрашивает мужчина, целуя меня в макушку. — Чувствую, что ты боишься. Это из-за предстоящего ритуала?