— У тебя сложности с похоронами? — задалась я вопросом.
— Нет, — сухо ответили мне.
— Может быть тебе лучше сегодня остаться дома? — предложила я, особо не веря в успех.
Мужчину что-то тревожило и злило, а что я не могла понять.
— Не говори глупости!
Чего и стоило ожидать…
— Хорошо, могу я сопровождать тебя? — второе предложение было спонтанным и неверным. Это я поняла по заледеневшему взгляду направленному на меня.
Пришлось поднять руки в жесте «сдаюсь» и уделить все свое внимание нехитрому завтраку.
— Тебе лучше не показываться сегодня на церемонии, — по окончанию трапезы заметил Лаос.
— Почему? — удивилась я. Неужели и Дэрбле решил отнестись ко мне предвзято?
Он не ответил. Молча, встал и ушел.
— Что с ним сегодня? — спросила я пустоту.
— Знамо дело — работа, — в воздухе сформировался Бублик и довольно уставился на остатки чая Лаоса.
— Работа? Он здесь работает? — эта новость меня поразила.
— А что еще ему делать в этой глухомани? Не девок же кадрить. Хотя… у него и это неплохо получается, — меня смерили неприятным похабным взглядом.
— И что же он делает в Клювино?
Ответить Бублик не успел. Мягкий едва слышный стук в дверь указал нам на гостя. Кто бы это мог быть?
— Пф, опять эта плакса явилась… И чего ей не умиралось спокойно? раз-два-три и ты в земле. А там уж сам решай, нежитью стать или подножным духом.
— Ты очень груб, — не выдержала я скепсиса, и мне это не нравится.
— Я от тебя тоже не в восторге, — последние слова, что я услышала до того, как открыть дверь.
Гостьей оказала Злата. Она в своем длинном черном одеянии, что очень напоминало рясу, смотрелась ужасно, но полностью в соответствии с ситуацией.
— Ох, как хорошо, что ты дома и не спишь.
— Не могу с тобой согласиться, — подавила я зевок. На слова: сон, спать, отдых и подобные им, мой организм реагировал вполне логично — хотел на свидание с подушкой, в объятиях одеяла.
— Скоро похороны и я просто не могу пойти туда одна. Тиночка, я не переживу это в одиночку.
— Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой? А как же твои родители и…
— Они там будут, но в другой роли.
— А какие роли бывают на похоронах? — опешила я.
— Я имею в виду, они должны будут держать речь и статус, а я обязательно стану распускать нюни и испорчу всю картинку. В общем не суть… Так ты пойдешь со мной? Пожалуйста… — и глаза моя подружка сделала такие жалобные-жалобные, все равно, что ребенок, ждущий конфетки.
Ну и как ей отказать? Скажи я «нет», была бы бессердечной гадиной.
— Хорошо, я только приведу себя в порядок, — тяжело вздохнула я и скрылась в ванной.
Благо мои вещи вполне подходили для похорон. Я лишь причесалась и умылась после завтрака.
Кладбище, как всегда и бывает, находилось за деревней. Его скрывали от глаз дома и небольшая церковь. Меня поразила ее бедность. Покосившееся на один бок квадратное здание с одним маленьким куполом и высоким черным крестом. Гнилые стены, черные с редкими островками зеленого мха и плесени. Общий вид настолько пугал и отталкивал, что казалось от святого места уже ничего не осталось. А на фоне остальных строений деревни — это просто преступление.
— Золотина, это ваша церковь? — решила уточнить я.
А то мало ли… может это старая и недействующая постройка.
— Да, — смутилась девушка.
Нет слов — одни эмоции.
Даже кладбище выглядело на фоне церквушке облагороженным и добротным. Аккуратные холмики с деревянными крестами прятались в редких деревьях. Место новых могил было видно издалека. Там уже собрались жители деревни.
— Давай не пойдем ближе, — попросила Золя. Я только обрадовалось этому.
Мы остановились между могилок, метрах в двадцати от основного действия. Сначала вещал староста деревни — отец Золи. Он негромко о чем-то говорил рьяно жестикулируя.
— Что он говорит? — нахмурилась я. С наших мест было плохо слышно, что происходит у новых могил.
— Папочка разглагольствует о своей скорби и страданиях. Потом речь возьмет мама от лица женского управления. А потом все остальные желающие. Так утомляют эти пустые слова.
— Пустые?
— Конечно, — зло фыркнула Золя, — никому и дела нет до покойных.
— ТЫ! Как ты посмела явиться? — противный голос Ярины раздался за спиной.
— Что надо? — устало спросила я, оборачиваясь. Все таки врага лучше видеть, а не только слышать.
— Бесовское отродье, — прошипела женщина, брызгая слюной, — уходи со святого места, а то заразишь его.
— Если кто его и заразит, то уж точно не я. Ярина, иди куда шла!