становилась. Она сложила руки на груди и стала медленно оседать вниз. Страх намертво сковал ее тело, и она задрожала. На глазах появились слезы. Паника, нараставшая как снежный ком, поглотила сердце Влады, и та, встав на колени, начала в голос плакать. Впервые в жизни Влада походила на беспомощного котенка, брошенного в одиночестве на растерзание этому миру. – Здравствуй, Карпова Владислава Юрьевна. Влада подняла на нее мокрые и большие от страха глаза. Перед ней оказалась деревянная лавочка, на которой сидела незнакомая девушка. – Ну что, так и будешь стоять на коленях или на лавку сядешь? Влада чуть дрожащей рукой дотронулась до лавки. «Как же она появилась?» – подумала она. После чего оперлась на нее и села рядом с незнакомкой. Какое-то время в парке воцарилась привычная тишина. Влада опять начала осматриваться по сторонам, не понимая ситуации. Она смотрела то на лавочку, то в сторону, то на девушку, которая с наслаждением наблюдала за испуганной красавицей. Такой типаж девушек Влада, как и другие, называли «серая мышь». Ничем не примечательная, неяркая молодая девушка сидела рядом, но ее взгляд очень настораживал Владу. Под этим взглядом хищной птицы Влада чувствовала себя жертвой, и от этого ей было очень некомфортно: – Кто ты такая? – спросила Влада. Дрожь в теле прошла, девушка выпрямилась, подняла выше голову, показывая собеседнице, что она хозяйка положения. – Меня зовут Ася, – спокойно ответила незнакомка. Влада еще раз бросила взгляд на нее. Русые пряди до плеч, светлая кожа, голубоватые глаза, – по мнению Влады, не очень симпатичные черты, но все это напоминало ей кого-то: – Мы с тобой раньше не встречались? Мне кажется, я тебя где-то видела. – Нет, – с легкой ухмылкой сказала Ася – Можно подумать, ты кого-то еще, кроме своих друзей, видела! Влада не ожидала такого ответа, и очень смутилась. Никто, кроме Киры, не разговаривал с ней таким тоном. – Что? Да ты знаешь, с кем… – Перестань! – перебила ее Ася. – Если ты будешь мне тут свой характер показывать, то не вернешься домой, – голос Аси звучал строго, но так же спокойно. – Домой? – Да. Я та, что может помочь тебе, но сначала расскажи мне то, что ты помнишь. – Я… я ничего не помню. – А ты попытайся вспомнить! – Влада уперлась локтями в коленки, а голову положила на ладони. Мозг начал так усиленно работать, что Владе казалось, будто ее голова сейчас взорвется. Спустя несколько минут перед мысленным взором девушки замелькали картинки. – Я что-то помню. Я помню улицу, какое-то помещение… это был магазин, по-моему. Я куда-то шла. А! Я шла к подруге! – Дальше. Что было дальше? – Потом? – Влада закрыла глаза, чтобы лучше вспомнить, но через секунду резко их открыла. – Я слышала крики. Кто-то что-то кричал, а после… мне было больно, – Влада вспомнила не только события, но и боль, которую тогда почувствовала. Она обхватила руками живот и ребра, – те места куда пришелся удар, – и, повернувшись к Асе, с дрожащими губами и мокрыми глазами, тихо спросила: – Что со мной? – Это лучше, чем ничего. Ладно я расскажу тебе, но при условии, что ты не будешь меня перебивать, – Ася смотрела тем же взглядом хищника, а Владе ничего не оставалось, как согласиться. – Ты действительно поехала к своей подруге Марине домой. После того, как ты вышла из магазина, по дороге к Марине тебя сбила неуправляемая машина. Сейчас твое тело находится в машине скорой помощи. Тебя везут в частную клинику доктора Римского, и раз ты здесь, это значит, что пошла первая секунда твоей смерти… – Бред! Ты говоришь бред! Я же здесь… я же живая! – Владой опять начала овладевать паника. – Ты есть то, что называется душа человека. Хочешь ты того или нет, сейчас ты мертва, но признаюсь, не все так плохо, как кажется, – Ася вздохнула и добавила. – Да, кстати, винить в этой ситуации уже некого. Водитель, который сбил тебя и еще троих людей, умер от инфаркта за рулем еще до аварии, поэтому машина была неуправляема. Вот видишь, как может получиться. Был человек. Учился в школе, ходил на работу… жил, в общем, а тут раз – и нет человека. Всякое бывает. На лице Влады застыл ужас, по щекам лились слезы. Она не верила своим ушам. Ее мозг отказывался принимать все сказанное за правду. С обезумевшим лицом, Влада схватила Асю за серую футболку и начала ее трясти. «Где я! Как мне вернуться домой?» – в панике кричала она. Мощным рывком Ася вырвалась из захвата так, что Влада по инерции упала телом на скамейку. Как только девушке это удалось, она отвесила Владе пощечину. – А ну-ка успокоилась, живо! И слушай меня очень внимательно: если ты еще раз что-то подобное сделаешь, я уйду и не стану тебе помогать, а ты останешься здесь, и тогда все твои шансы на возвращение сведутся к нулю. Тебе это ясно? Ася разозлилась, но, выпалив это, она перевела дух и спокойно стала ждать, когда Влада придет в себя. Пощечина сработала. Паническая атака прошла, как ее и не было. Удар был не сильный, но очень действенный, и вскоре Влада сидела в нормальных чувствах. – Не хочешь извиниться? – спросила Ася. – Извиниться? Ведь это ты меня ударила, – удивленно переспросила Влада. – Я ударила тебя, потому что ты начала паниковать, и чтобы тебя успокоить, мне пришлось применить силу. Когда слова не помогают, в игру вступают действия. Ты все мои слова пропускала мимо ушей. Ты меня перебивала, хотя я просила этого не делать, и я молчала, но когда ты на меня набросилась, не совладавши с собой, то получила пощечину и, между прочим, это тебя успокоило. Так что извиняться тебе, а не мне, или ты забыла, как это делается? Влада немного помялась. – Извини. – Нормально извиняйся! Это там ты была принцессой, а здесь ты никто. Так что, либо извиняешься как надо, либо я ухожу. – Извини меня… пожалуйста, – Владе было не по себе. Мысль, что она может диктовать свои условия, разлетелась в пух и прах. Теперь не она хозяйка положения, а эта нахальная девчонка. Влада поняла, что теперь ей надо слушаться Асю беспрекословно. – Ладно, сойдет для принцесски, – Ася села на скамейку и облокотилась на спинку. – Ты можешь мне сказать, где я? – тихо спросила Влада, нервно переплетая пальцы. – Ты находишься в месте, где все то, что так ценят люди, – особенно материальное, – не имеет значения. Здесь все – будь то бедный или богатый, учитель или музыкант, – все отвечают за свою жизнь, за свои поступки, которые они совершили, и платят за это соответственно. Теперь сама догадайся. – Это место похоже на… рай, – неуверенно ответила Влада. Ася посмотрела на нее удивленными глазами. – Ты слишком высоко себя ценишь, Владислава Юрьевна. Как я посмотрю, даже слишком высоко. – Хочешь сказать, что это ад? Но не похоже на преисподнюю. – А ты там уже бывала, чтобы сравнивать? – в голосе Аси проскользнул сарказм. – Нет, но я же читала, что-то смотрела. По телевизору показывали людей, у которых была клиническая смерть. Кто выживал, рассказывал, что видел огонь, бесов и всякие другие ужасы, и вообще – это место описано в религиозных книгах. – Ну, тогда ответь мне на вопрос. Обязательно ли нужен огонь и страшные бесы, чтобы грешник раскаялся в своих грехах, как думаешь? – Ася опять смотрела на Владу взглядом хищника. – Не знаю… Наступило недолгое молчание. Ася сидела все также, опираясь на спинку скамейки. Влада тоже откинулась на спинку. Ася сделала глубокий вдох и промолвила: – Хорошо здесь, правда? – Ну, не знаю. Симпатичный, пустой парк. Влада увидела ухмылку собеседницы. – Как это ты не знаешь? Ведь когда-то это было твое самое любимое место на планете. – Мое любимое место? Я его не помню, – удивилась Влада. Ася наклонилась и сорвала единственный белый одуванчик, что рос около скамейки. Она повернулась к Владе и протянула красавице одуванчик со словами: – Возьми и подуй в правую сторону. Влада сделала все, как ей велела Ася, и на ее глазах произошло настоящее чудо. Когда Влада дунула на одуванчик, его пушинки разлетелись, умножились в миллион раз и стеной закрыли правую сторону парка. Влада почуяла запах сладкой ваты и попкорна, а вдалеке услышала веселую музыку. Когда стена из одуванчиков разлетелась в стороны, Влада увидела перед собой парк детских аттракционов. Она улыбнулась удивленно и радостно. Это действительно было самое любимое место Влады на всей планете. Ведь здесь семь лет назад она впервые встретила свою любовь.