- Ага, - сказала Алена, - как мой начальник.
- Ну вот, они близкие друзья с Владимиром, хозяином дачи. Такая контрастная пара: Поручик - душа компании, а Владимир, наоборот, серьезный, жесткий и мрачный. Он, например, собрал всех перед отъездом и предложил сознаться, кто дал Жене кислоту. Они договорились, что не будут передавать дело ментам, а виновный просто уйдет - из бизнеса и из тусовки.
- То есть он знал, что это убийство? - спросил Горский.
- Не думаю... - запнулся Антон, - он, кажется, просто не любит наркотиков... ну, ты знаешь этих тридцатилетних алкоголиков.
- Да, - подключилась Алена, - вот у меня был случай...
- Подожди, - прервал ее Горский, - пусть Антон доскажет. Значит, убийца должен уйти из бизнеса? А какой у них бизнес?
- Не знаю, - сказал Антон, - что-то со строительством, кажется... или с инвестиционными фондами.
Горский кивнул:
- А кто там еще был?
- Еще был женин муж, Роман. Такой неприятный молчаливый мужик... Я с ним и двумя словами не перекинулся. И, кажется, позавчера вечером они с Женей поссорились... во всяком случае, вчера с утра они не разговаривали. Сейчас я вспоминаю, что она была весь день какая-то возбужденная...
- Амфетамины? - спросила Алена.
- Не до такой степени, - ответил Антон, - просто такая экзальтированная по жизни девушка. И вообще, мне показалось, что если кто-то в этой компании и понимает толк в наркотиках, так это Лера и Альперович. Я курил в субботу вечером, и они присоединились.
- Как ты сказал? Альперович? - переспросила Алена.
- Да, а что, ты его знаешь?
- Я просто только что рассказывала Горскому про него. Помнишь, человек, который пришел в офис, когда я на измену села?
Горский кивнул и засмеялся.
- Да, реинкарнация Будды, помню.
- Что это еще за реинкарнация Будды? - спросил Антон.
- Потом, - сказал Горский, - расскажи лучше про седьмого, а Алена пока еще забьет.
- Седьмого зовут Леня. Маленького роста, в очках... персонаж из мультика, в школе, наверное, профессором звали. Но, в общем, ничего примечательного. Пойми, они же все для меня как бы на одно лицо. Так что с меня показания снимать - еще тот труд.
- Хорошо, - кивнул Горский, - давай попробуем по-другому. Сыграем в... как оно? - китайскую рулетку. Типа в ассоциации. Кто из этих семи человек с каким наркотиком у тебя ассоциируется?
- Ну, Поручик - с водкой... водка ведь тоже наркотик, да?
- Так себе наркотик, - сказала Алена, выдувая табак из беломорины.
- Ну и Поручик так себе, - ответил Антон. - Кто там дальше? Лера, наверное, что-нибудь восточное... медленное и тягучее. Гашиш, скажем, или опиум... хотя нет, опиум - это Роман. Он все время как будто полусонный - и без малейшего проблеска просветления. Тогда Женя, наверное, кокаин...
- Да, - сказала Алена, - у них, выходит, был не брак, а сноубол.
- Неудивительно, что они ссорились...
- Видишь, - сказал Горский, - какая хорошая методика. Кто там остался: Владимир?
- Ой, не знаю. Что-то такое агрессивное... может быть, амфетамины, хотя для них он слишком сдержан. Думаю, какие-нибудь смеси... немножко одного, немножко другого... водка с кокаином... нет, не берусь сказать.
- А Леня?
- Думаю, этот вообще ни с какими наркотиками не ассоциируется... разве что с табаком.
- Безмазовый мужик, одним словом, - засмеялась Алена, с ладошки засыпая смесь в гильзу.
- Или нет... помнишь, Горский, ты рассказывал про smart drugs - вот оно и есть! Профессор, одно слово.
- А Альперович?
- Андрей... не знаю. Наверное, грибы. Потому что по нему видно, что он самый продвинутый.
- Тогда пусть кислота будет, - предложила Алена.
- Нет, не до такой степени все-таки... грибы - в самый раз. К тому же сегодня кислота как-то мрачно звучит. Кстати, Горский, ты уверен насчет того, что от ЛСД никто не умирал?
- Абсолютно. Я вот хотел тебе у Хофманна показать в My Problem Child.
- А чего он пишет-то?
- Насколько я помню, пишет, что был только один смертельный случай - у слона, когда ему вкатили 0,3 грамма.
- А зачем понадобилось давать слону кислоту? - спросила Алена, закручивая кончик косяка.
- Просто после того, как Альберт Хофманн в 1948 году синтезировал ЛСД и обнаружил его психоактивные свойства, в течение лет пятнадцати в лабораториях "Сандоз" его серьезно изучали... давали добровольцам, на животных тоже пробовали, дозы варьировали. Возлагали большие надежды - в психиатрии и так далее. В шестидесятые уже много народу над этим работало. Вот Джон Лилли, - Горский кивнул в сторону книжной полки, - укладывался в изотермическую ванну и закидывался. Говорил, что так убираются случайные шумы, и ЛСД действительно становится эффективным инструментом для путешествия, так сказать, вглубь себя. Ну, а потом кислота попала на улицы, ее стали принимать все подряд - и власти быстро прикрыли все эти исследования. Хотя мне как-то показывали советскую упаковку от таблеток с надписью "Диэтиламид лизергиновой кислоты 25".
- Неужто в аптеках продавали? - спросила Алена.
- Нет, разумеется. Использовали для секретных экспериментов.
- Я тут вспомнил, - вдруг сказал Антон, - где-то за полчаса до того, как все случилось, я стоял на галерее вверху и как раз менял кассету. И я услышал, как Женя с кем-то говорила... то есть я не помню, что сказала она, но ее собеседник ответил: "Ты же знаешь, что я люблю тебя". А потом я вставил Shamen и дальше не слушал.
- А с кем она говорила?
- Не знаю, я как-то не вслушивался, не опознал голос. Я же тогда не знал, чем все кончится, - пожал плечами Антон.
- Взорвешь? - спросила Алена, протягивая ему косяк.
Антон чиркнул зажигалкой и затянулся.
- Хорошая трава, - сказал он, передавая косяк Горскому. - А как ты думаешь, кто ее убил?
- Элементарно, Ватсон, - ответил Горский поворачиваясь в профиль и выдыхая дым на манер Холмса.
Все засмеялись. Так, под нервный смех, они и добили косяк до конца.
- Из тебя клевый Холмс получится, - сказала Алена.
- Уж скорее - Ниро Вульф, - ответил Горский, - хотя я для него худощав. Но такой же домосед.
- Я буду твоим Арчи Гудвиным, - засмеялся Антон, - а вместо орхидей тебе надо разводить ганджу.