- У меня есть очень хорошая идея, встаньте все рядом с нами! – Джен взяла за руку Мадлен и Анжелу, позади них стеной встали их мужественные половинки, - а сейчас действуем по ситуации! – сказав это Джен, засияла, и вместе с ней засветились Мэд и Анж.
- Я Анжела наследница Герцога Редженальда, ныне принцесса всего сверхъестественного!
- Я Дженнифер наследница Герцога Редженальда, ныне ведьма Королевской семьи!
- Я Мадлен наследница Герцога Редженальда, ныне правящая Королева всех сверхъестественных! Волей моих родных я приказываю открыть тайну этого места! – именно этот текст мысленно послала Джен.
И как она ожидала, перед ними в тот же миг предстали эти странные существа, похожие как две капли воды, совершенные и настолько уникальные, что им не было равных. Снежно белые шёлковые рубашки, едва прикрывали юные загорелые тела с идеальной кожей, которая едва ли не светилась под диском полной луны. Волосы цвета карамели доходили им по пояс, россыпью струясь по идеально стройному телу. Белые брюки, содержали рисунки, которые являлись отражением друг друга. Ноги же были босыми, но такими чистыми, словно никакая грязь не могла оставить на них свой незамысловатый узор. Их зелёные глаза, сияли как изумруды, самой изысканной ювелирной работы, очаровывая своим блеском, скрывая истинный возраст тех, кто сейчас стоял перед королевской семьёй и её спутниками.
- Мы дети мира запределья, Аллан и Эллана, - их голоса звучали в унисон, чистые, как капля росы в самый дивный миг рассвета.
Они склонили головы, в вежливом поклоне чувствовалось сила вековой магии, столь же древней как сам мир. Браслеты на их руках сияли оттенками радуги, очаровывая своим блеском.
Девушки на миг замерли, ведь такого не ожидала даже Дженнифер, которая не подозревала, что простым представлением они смогут снять чары, что висели над этим местом. Что уж говорить об Анжеле и Мадлен, которые были ошеломлены таким поворотом событий, готовые принять бой, они никак не ожидали, что им склонят головы в знак мира.
- Что здесь произошло? – голос Даниэля прозвучал ошеломляюще громко в сравнении с голосами этих древних существ.
Но его вопрос завис в воздухе, ибо четыре изумрудных глаза, не шевелились, смотря лишь на представителей королевской крови.
- Что скрывала защита этого места от посторонних глаз? – Мадлен, наконец, пришла в себя, и взяла бразды правления в свои руки.
- Смотрите, ибо Вы зримы, и видеть Вам то, что запечатано давно! – унисоном в вихре исчезнувших тел прозвучали слова.
16 ***
***
- Ты встревожен. Мой милый Рендольф, но чем? - спросил высокий седовласый вампир, с приятным добродушным лицом и мягкими голубыми глазами, одетый в черный безупречно отглаженный костюм и черный плащ, который тихо шелестел, в такт движениям господина.
- Нет, мой синьор, - маленький, с карими глазами бусинками, вампир, не выпускал и немного теребил в руке наконечник трости в форме летучей мыши. Он был несколько взволнован и то и дело поправлял казавшийся огромным на его маленькой толстой шее красный галстук.
Два вампира, тихо передвигались в темноте ночи, несмотря на постоянные нервные движения спутника. Тишина леса, лишь усиливала его нервное дыхание, пение птиц угасло, шелест травы был не слышим, и даже дыхание ветра казалось леденящим, но герцог не обращал на это никакого внимания, цель была так близка, что мыслями он был далеко отсюда. Редженальд, вот уже двадцать лет пытался отыскать зло, которое охотилось за его семьёй, и вот, наконец, его ожиданиям наступил конец. Сегодня на конгресс вампиров пришло письмо, где его приглашали в поместье Дэсмера, вызывая на поединок. Герцог славился своей силой и решимостью, в мире сверхъестественного он был не просто правителем, он был Королём, по званию и по происхождению. Ему не было равных. Солнце его не страшило, чары не действовали, в мире не было силы, с которой он не мог бы справится. И сейчас он шел на поединок, чтобы навсегда остановить войну, из-за которой, ему и его жене – Изабелл пришлось, наложить сильнейшее заклинание на их племянниц, которых они растили, как своих родных дочерей. Милая Дженнифер – уже родила его наследницу, маленькую Анжелу, он даже не мог наблюдать, как росла его родная девочка, как страдала Изабелл, когда ей пришлось расстаться с ними, ставшими за все годы дочерями. Мадлен, его прямая наследница, будущая Королева, как ему не хватало её решительного взгляда, и добрых слов, вместе с Дженнифер они любили устраивать шумные вечера и совершать безумные поступки, сердце сжималось, ибо сейчас время имеет весомый аргумент. Своим заклинанием Изабелл сделала девушек смертными, разлучив их тем самым с прямыми кровными узами, чтобы враг не смог найти их по крови, что билась в их сердцах. Им пришлось разлучить Дженнифер с её суженым, как он ни боролся за неё, но его память угасла, как только Джен перестала быть ведьмой, а рука Изабелл коснулась его памяти, принеся забвение. Герцог беспрестанно винил себя за это, винил, что не мог так долго остановить эту войну. Войну, которая разделила, всё, что было так дорого, что давало смысл такой долгой жизни.