- Я, по-моему, вежливо попросил тебя дать мне дорогу и не задавать вопросов! – Его тёмные глаза яростно сверкнули, а голос перестал быть бархатным, - Ты не знаешь, с кем имеешь дело! Ты так мало существуешь на этом проклятом свете, что даже не подозреваешь о таких существах, как я! Если ты мне сейчас же не уступишь, то распрощаешься со своей бессмертностью!
Анжела еще больше разозлилось, потому что эти угрозы перешли все границы. В ее голове крутилась лишь одна мысль: сможет ли она уничтожить такое коварное и непредсказуемое создание. Неожиданно гнев незнакомца исчез, в воздухе перестал звенеть рой угроз, и воцарилось убийственное молчание. Вскоре вампир сделал шаг и вышел из скрывающей его сущность тени. Сию же минуту красота парка померкла, мир перестал существовать, звуки города стихли, а запахи увядающей под ногами листвы только усилились под шагами этого создания. Перед девушкой престал очаровательный юноша, на вид лет восемнадцати, с очень бледным и красивым лицом. Его темные, волнистые волосы падали на плечи каштановыми прядями. Ярко-карие глаза, очерченные черными длинными ресницами, смотрели прямо на неё, а чувственные пухлые губы немного приоткрылись, чтобы сделать очередной глоток воздуха. От незнакомца так и веяло греховным соблазном, соединенным с внешностью невинного ангела. Одежда сидела на нем так идеально, будто была сшита на заказ: черные, практически облегающие штаны, были заправлены в высокие сапоги, белые воротник и манжеты рубашки выглядывали из застегнутого темного строгого пальто, ни доходящего до колен.
Неожиданная внешность гостя застала девушку врасплох. Она была просто поражена этому ни то ангелу, ни то демону воплоти. Внезапно вампир исчез с глаз Анжелы и тот час же появился позади девушки. «Я не причиню тебе зла, моя прекрасная незнакомка. Не бойся меня. Я, тебя никогда не обижу», - Мысленно внушал юноша, коснувшись её плеч.
- Убирайся отсюда! – с жаром произнесла Анжела и тут же замерла, почувствовав, что от гостя за спиной веет любовью и прежнему гневу совсем не осталось места.
Вампир снова оказался перед беззащитной девушкой и взглянул ей в глаза: «Я тебя не обижу». Он прикоснулся к великолепной коже её лица нежными пальцами.
- Какие прелестные голубые глаза, какая ароматная кожа… - еле слышно шептал незнакомец, завораживая Анжелу своим голосом.
Но вдруг резкая боль пронзила все тело девушки. Разум проснулся от гипноза, но было уже слишком поздно – вампирские клыки вонзились в её шею. Крепко обхватив Анжелу руками, незнакомец прижал её к стволу дерева и жадно стал глотать кровь, издавая еле слышный стон от наслаждения.
Девушка чувствовала, что быстро слабеет и силы покидают её. В голове бурным потоком проносились видения, исходившие от вампира. Она увидела, что он стал вампиром около пятиста лет назад, видела того самого Кристиана, что навещал их дом совсем недавно. Всё это привело в ужас и, собравшись с силами, она направила на врага свой огненный дар. Ощутив убийственный жар, незнакомец отпрянул прочь. В его глазах читался такой страх, что он тут же исчез…
- Дженнифер… помоги… - взмолилась Анжела, падая на траву без сил. – Помоги…. Ты слышишь? Спаси меня, мама…
Казалось, что еще мгновение и Анжела перестанет дышать. Её кожа стала, будто из мрамора, а глаза остекленели от потери крови. Девушке было так больно от того, что её подло обманули, и посмели испить кровь, которая никому не смела, больше принадлежать.
Едва последнее слово слетело с её губ, как в воздухе материализовалась Дженнифер. По ауре, исходившей от неё, чувствовалось, что она в ярости. Голубые глаза сверкали, словно раскаты молний в самую непроглядную и темную грозу. Она была не просто зла, нет, она была взбешена. Её дорогую дочь посмели обидеть. «Кто!?» Яростный мысленный возглас разлетелся на многие десятки километров, чтобы достичь адресата. В мысленном послании чувствовалась невиданная мощь, сокрушающая всё на своём пути.
Даже в сгустившихся сумерках можно было видеть, как сверкали гневом её голубые глаза, разрезая ночь отточенным лезвием боли. Присев рядом с дочерью на колено. Дженнифер, чувствовала, как сердце сжимается от страха за её жизнь. Именно сейчас её маленькая девочка выглядела такой слабой, такой ранимой и беззащитной, кто же посмел её ранить, едва мысль о коварном преступнике вернулась, как ярость наполнила тело бушующим ядом, заставляя сердце биться быстрее, а разум работать четче. Она достала одну из своих маленьких фляжек. Подняв голову дочери, она капнула ей на губы красную жидкость. После чего Анжела жадно задышала и припала губами к содержимому, Джен аккуратно посадила девушку и прислонила её к дереву.