Анжела никак не могла понять, что с ней стало происходить с того самого момента, как Даниэль появился перед ними в зале. Всё сознание перемешалось, когда родные стали применять к нему силу, она внезапно ощутила боль. Это было настолько неожиданно, что она не сразу поняла, что эта боль есть отголосок его боли. Она ничего не могла сказать, лишь недоумение отражалось на её лице. Внезапно, её внутренняя сила начала нарастать, в ответ на боль, вместе с тем, Даниэль на её глазах вставал с пола и, глядя прямо на нее, исторг пламя.
Первой среагировала Анжела, загородив собой Мадлен и Дженнифер. Скорость её реакции превзошла все ожидания. Дар огня не действует на его истинного хозяина, поглотив всё пламя, она изнеможенная, пала на колени, такая слабость сказывалась из-за боли, его боли, которую почему-то чувствовала она, не всю, лишь малую часть, но и этого было достаточно.
- Ах ты, самовлюбленный подлец! – Мадлен, рассердилась не на шутку, силой мысли она впечатала Даниэля в стену, едва не размозжив его тело.
На что Анжела посерела и, приняв неестественную позу, потеряла сознание. Что не могло скрыться, от не менее разгоряченной Дженнифер.
- Анжела?! – она наклонилась над дочерью и коснулась её кожи, в тот же миг раздался грохот приземлившегося из воздуха тела.
Судебный зал пропустил в свои владения защитника обвиняемого. Торопясь, он слишком рьяно представил в воображении место, где должен появиться. И с грохотом приземлился посреди зала. Где впервые появился Даниэль, теперь практически еле живой, он лежал у стены.
Взбешенная Королева, взмахом руки отправила Кристиана в ближайшую стену, отправив вдогонку огромную рапиру, которая вонзилась в каком-то миллиметре от самого вампира. Кристиан с шумом выдохнул воздух из легких, к такому приёму он не был готов.
- Королева постойте, - от удара его голос охрип, привстав, он с трудом сделал поклон.
- Не желаю ничего больше слушать! Лжецы! – её зубы увеличились и, не теряя более не секунды – вампирские клыки вонзились в шею Кристиана. Его кровь потоком стала изливаться в Королеву, обжигая своей насыщенностью, сладостью и силой. После первых глотков, в сознании стали проносится эпизоды из его долгой жизни. «Никакого заговора» - отчетливая мысль мгновенно пронеслась в её сознании.
- Мадлен! – это был голос Дженнифер, видимо кричавшей её имя не в первый раз.
Отпустив его, она повернулась на её голос, в голове всё еще мелькали только что увиденные образы. Кристиан в неглубоком изнеможении упал на колени, не смея перечить воле Королеве. Дженнифер держала тело дочери на руках, понимая, что произошло - одна кровь на двоих. Убить одного, значит лишить части жизни другого. Мадлен всё поняла без слов. Ярость бессилия охватила её разум. Она с презрением посмотрела на тело Даниэля, который довольно медленно, но уверенно приходил в себя, и пытался подползти к Кристиану, вид которого выражал лишь смирение с любой волей королевской семьи.
- Мадлен, мы не можем его убить, - Дженнифер встала, держа тело дочери на руках, - есть лишь один выход на данный момент, и только ты можешь принять это решение.
Мадлен сжала руки в кулаки, на её губах всё еще была кровь Кристиана. Она мысленно передала Джен, то, что увидела, Кристиан не был заговорщиком, но проступок Даниэля непростителен. По всем правилам его нужно убить, но весь вид Джен говорил, что она этого сделать теперь не позволит, да и теперь для самой Мадлен это было невозможным, ведь Анжела погибнет вместе с ним или потеряет часть себя. Оставалась только свадьба, а если этого не будет, то Мадлен сочтут слабой королевой, на этой почве, конечно больше всех постарается получить личную выгоду Рендольф. Она еще раз взглянула в глаза Дженнифер.
- Даниэль, вампир пятьсот летнего года жизни. Я, Королева Мадлен, ныне правящая, дарую тебе жизнь. И соединяю твою судьбу с судьбой моей племянницы Анжелы принцессы, высшего рода вампиров. Через три месяца Вы обвенчаетесь, такова моя воля.
Она посмотрела на него, в его глазах стояли кровавые слёзы. Лишь Кристиан по-прежнему сидел на коленях не смея поднять головы.
- Кристиан, вампир семисот летнего года жизни, с этих пор ты будешь моим слугой, до тех пор, пока я не решу, что ты свободен. А сейчас уберите их с глаз моих, - она развернулась и направилась к выходу и зала суда.