Лицо Мадлен приняло очень изумленное выражение:
- С чего это Рендольфу рассказывать истории о доблестных похождениях этого мага?
- Просто, если Рендольф почувствует, что вы знаете, где находится Ричард, то он сделает все возможное, чтобы найти его и убить за предательство. – Разъяснил юноша, за что получил косой взгляд со стороны Кристиана.
- Не нужно к нему ходить! – Возразил Кристиан очень резко, почти грубо, - Он сразу выяснит, где прячется Ричард! Ричарду тогда точно не жить, я гарантирую!
- А какая разница? – Повысил голос Даниэль, уставившись на своего друга, - Ричард уже одной ногой в могиле! Если им так нужна, правда, то пусть они её узнают из уст врага. Враг никогда не лжет.
- Прекрати, Даниэль! Ты хочешь его смерти, да?
- На что не пойдешь ради правды?
- Я докажу, что Ричард тоже пришел с миром, без смертей и кровопролития.
- Быстрее будет сходить к Рендольфу! – Настаивал юноша, перейдя уже на крик, - Пусть им откроется правда! Они так этого жаждут! Они поймут, кого потеряли, когда будет уже поздно.
-Закрой рот, Даниэль! Я не могу больше этого слушать. – Жестом приказал Кристиан, сдерживая себя от излишнего гнева. Ему не хотелось в эту минуту ругаться со своим учеником, тем более на глазах у возлюбленной Королевы. Опускаться до банальных ссор было не в его манере. Собравшись с мыслями, он начал постепенно остывать, приходя в прежнее убедительно твердое состояние души и искать новые аргументы в пользу защиты друга.
Девушки стали переглядываться и обмениваться мыслями. Как это не оказалось странным, Даниэль сумел зацепить их своим предложением. Этот вампир с таким рвением принялся подписывать Ричарду смертный приговор, что вызвал этим новую волну догадок. Дженнифер так прониклась словами и эмоциями юноши, что с ужасом представила себе смертоносную схватку мага и Рендольфа. Ей не хотелось проверять предложение Даниэля в реальности. Может, это и правда единственный способ доказать всё.
- Ты готов пойти и сдаться Рендольфу, чтобы подтвердить достоверность своих чувств ко мне и к нашей семье? – Задала решающий вопрос Дженнифер, не понимая, каким образом он сорвался с её губ.
Ричард на несколько секунд закрыл глаза, будто спрашивал сам у себя этот вопрос. Потом он встал с колен и ответил, держа руку возле сердца.
- Я готов умереть за тебя, Дженнифер. Я готов идти хоть к самому сатане, чтоб вернуть утраченное доверие. Если это хоть на миг даст мне шанс снова поймать на себе твой нежный и любящий взгляд, - Он сделал смелый шаг – подойдя к Дженнифер совсем близко, - Можешь сама меня убить, если ты будешь от этого счастливее…
Анжела взяла под руку Мадлен и осторожно увела её на несколько метров назад, тем самым оставив магов стоять лицом к лицу.
Дженнифер чувствовала, что готова сдаться под натиском всех этих аргументов, но всё это были лишь красивые слова. Глядя Ричарду в глаза, она заглянула не просто в его сознание, она пошла дальше. Добравшись до его души, она ощутила волну тепла присущую влюбленному сердцу, тут же эхом отозвалось её душа. Дженнифер поняла, что это самый сложный выбор в её жизни. Поверить всем сказанным словам, или отдаться на волю чувств. Она наклонилась ближе к лицу мага, Ричард тоже подался вперед. Он безотрывно смотрел на Джен. Всем сердцем он мечтал заключить её в свои объятья. Подарить всю нежность и заботу, подарить всего себя ей одной. Когда он впервые увидел её глаза, то понял, что не сможет жить без них. Никогда прежде он не желал чего-то больше, чем сейчас. Он знал, что никогда бы не причинил боль ни ей, ни её родным, и поэтому надеялся, что она вновь поверит ему.
Кристиан в отчаянье взялся за голову, ему казалось, что полный провал с защитой мага обеспечен. Он всеми силами души мечтал зашить рот Даниэлю раз и навсегда, чтобы подобные речи больше никогда не сходили с его губ. Вампир знал, что Ричарду хватит мужества пойти и сдаться врагу, чтобы доказать свое отречение от темных сил. Именно на этом и сыграл его ученик, который сразу бил козырем. Худшего нельзя было придумать…
Даниэль же спокойно стоял почти посредине комнаты, сложив руки крестом на груди. Его лисьи глаза наблюдали за всем происходящем и с нетерпением ждали хоть какой-нибудь развязки. Он чувствовал, как по его разуму раскатываются громом ругательства Кристиана, который обвинял его в непростительной, по его мнению, ошибке - толкнуть Ричарда на самоубийство. Кристиан не переставал угрожать юноше, что непременно убьёт его, как только представится возможность, причем самым изощренным способом.