- Это призраки из поместья Кристиана! – гневно воскликнула Дженнифер, которая очень не любила эту парочку приведений, доставлявших ей массу хлопот. А тот факт, что они теперь в их замке, вовсе не доставлял ей радости.
- Прошу, простить нас, это возможно наша вина, видимо они переехали вместе с нашими вещами, - сказал Даниэль, ожидая новой волны тумаков, от Джен.
- Ничего подобного! Они бы устроили этот ужас еще в первый день, как только ваши вещи здесь оказались, - заявила Мадлен, прекрасно знавшая эту парочку из рассказов сестры и не только.
Как-то раз, она помогала ей их усмирить, дело было днём, поэтому Анжелы с ними не было. Мадлен после этого выпила крови в три раза больше обычного. Два призрака, совершенно не слушались, прямых указов, и не желали жить по законам их мира, устраивая такое, что у нормального человека, не выдержало бы сердце. Когда Мадлен и Дженнифер загнали их, Мэд готова была их убить, но, к её сожалению, они были уже мертвы. Это были приведения двух окончательно спятивших идиотов. Они и при жизни не отличались правильностью, а после и вовсе про неё забыли.
- Их, еще не хватало! – Анжела была в шоке, прекрасно зная о них, и так же не питая к ним нежных чувств.
- Их могло привести только одно, - начал Ричард.
- Дома, где они обитали - больше нет, - закончила Дженнифер, - а сюда они пришли вслед за теми, кто последними, останавливался в их поместье.
Даниэль и Кристиан многозначительно переглянулись. Эти призраки и им не давали покоя. К счастью, это длилось всего два дня, но и это были невыносимые дни.
Дженнифер тяжело вздохнула, искать этих двоих в огромном особняке, не представлялось возможным, однако, можно было попробовать один трюк. Из комнаты Мадлен послышался визг одной их убиравших там горничных, все мигом ринулись туда. Но злосчастные приведения уже спрятались, а горничная виновато, смотря, на вошедших висела над кроватью Мадлен, подтягивая, непослушную юбку, которая отчаянно пыталась, слететь и показать нижнее белье, своей хозяйки. Анжела вспорхнув, аккуратно сняла девушку сверху, это была её любимая горничная, всегда приветливая, болтливая и рассказывающая кучу сплетен. Анж любила её слушать, особенно когда было хорошее настроение, лежа в ванной.
- Даниэль, - ласково позвала Дженнифер, однако у вампира волосы на затылке встали дыбом.
- Да, мадам? – спросил он, сдерживая дрожь в голосе, настолько его поразил и насторожил голос ведьмы.
- Можешь, называть меня, просто Дженнифер, - она повернулась к нему, лучезарная улыбка преобразила её лицо, однако ему было далеко до такого радостного настроения.
«Ты сейчас спустишься в холл и сядешь в одно из кресел, нальешь бокал «синтетики» и притворишься очень усталым от всей этой суматохи, а если вдруг окажешься в воздухе кверху ногами, кричи как можно громче, это усыпит их бдительность, и мы поймаем этих весельчаков», - послала ему и остальным мысленное послание Джен. Мадлен, ухмыльнулась, план ей понравился, вспомнив, как в прошлый раз они с Джен ловили этих паразитов, она передёрнулась, на этот раз у них была хотя бы приманка.
«Хочешь, чтобы я стал наживкой?» - спросил он, чувствуя, что ему совсем не хочется болтаться головой вниз. «Именно!» - незамедлительно последовал ответ.
- Спасибо госпожа! То есть, Дженнифер, - наконец, сказал он вслух.
- Даниэль не мог бы ты принести из холла мой плащ, кажется, я его там оставила, - подала голос Анжела, намеренно разыгрывая спектакль.
- Конечно, госпожа, - он поклонился и уже направился к выходу.
- Даниэль? – окликнула Анж, он обернулся на её голос, - Анжела, - она подмигнула.
В ответ он едва заметно улыбнулся, и вышел из комнаты. Он уже и не помнил, когда искренне улыбался, но после её слов, ему, в самом деле, стало легче. Он медленно спускался вниз. Всем своим видом показывая, что теперь, когда его никто не видит, он может быть расслабленным и не думать об этикете. Войдя в холл, он увидел плащ, Анжела, в самом деле, забыла его, взяв его в руки, он прижал его к своей груди, стараясь почувствовать, тепло хозяйки.
- Подождут! – с этими словами, он вальяжно расположился в кресле и, налив себе бокал и положив плащ рядом, принялся потягивать «синтетическую кровь» предусмотрительно представляя, какую угодно, кроме крови Анжелы.