В замке было слишком тихо, и это могло значить лишь одно, на улице был день. Она приподнялась на кровати, тело отозвалось болью и полным ощущением разбитости. Джен вдруг ясно осознала, что ей не хватает солнечного света и чистого воздуха.
- Эдвард, - прохрипела она, севшим голосом.
На удивление, дверь её спальни открылась, и в неё вошел дворецкий, такой же, как и прежде, хотя нет, что-то в его взгляде изменилось, впервые за всё время Джен увидела в них усталость.
- Да мадам, - он поклонился и подошел к её постели.
- Мне нужна мазь, шкаф, полка три, вторая слева, - с каждым словом Джен хрипела всё больше и больше.
Она чувствовала, как устала Анжела, её дочь была на изнеможении, как и Мадлен. Конечно, она чувствовала тоже от своей сестры, которая сейчас спала в своей спальне беспокойным сном, первую ночь в своей спальне, до этого Джен поняла, они с Анжелой не отходили от её постели, но Мадлен была королевой, и ей требовался отдых.
Эдвард с ловкостью нашел нужный бутыль с мазью, и, не медля, принес его Дженнифер.
- Сколько я была без сознания? – спросила Джен, беря из открытой дворецким банки первую порцию мази.
- Ровно десять дней мадам, - вблизи он выглядел еще более усталым.
Дженнифер понимала, что за это время королевские дела вряд ли шли в гору, ровно как и свадьба.
- Даниэль? – голос Джен сорвался, она наносила на кожу дочери мазь, покрывая каждый открытый участок. Мазь, едва коснувшись кожи, исчезала и становилась незаметной, в том числе и не ощутимой.
- Даниэль находится в темнице, закованный, никого к нему не велено допускать, по приказу Королевы, - тут же отозвался дворецкий.
- Немедленно отпустить его, и доставить в покои, накормить, - прохрипела Джен, чувствуя, как горло скребет после каждого слова.
Когда последний участок был покрыт мазью, банка благополучно вернулась на место, а дворецкий удалился выполнять распоряжение. Дженнифер резко взмахнула рукой, и свечи тут же погасли вместе с тем, шторы распахнулись и впустили в комнату яркие солнечные лучи, в открывшиеся с шумом окна ворвался свежий воздух.
Анжела тут же подскочила на кровати, глаза девушки выражали ужас, метнувшись к матери, она обнаружила, что та не спит, и успокаивающе смотрит на неё, кожа девушки не дымилась, и сама она спокойно реагировала на солнечный свет.
- Мама!! – она кинулась в объятья Дженнифер.
Её тело сотрясалось плачем, красных слёз, рука Джен, успокаивающе гладила дочь по шелку черных волос. Надо признать свет и воздух сделали своё дело. Тело Джен крепло на глазах, внутри появлялись силы. Из сумбурной речи Анжелы, она поняла, что Ричард и Кристиан вынужденно покинули особняк два дня назад, что-то случилось на северо-западе владений Королевы. Сама же Мадлен каждую свободную минуту была у кровати Джен, но с невероятной неожиданностью, дела в министерстве повалились в бесконечном количестве. Альфред, всюду помогал Мадлен, особенно, первые дни, когда Королева не покидала спальню сестры ни под каким предлогом вместе с Анжелой Ричардом и Кристианом. Сам же Даниэль как уже выяснила Джен, был заключен в темницу, и насколько знала ведьма, это было самое ужасное место, которое только можно представить. Десять дней в таком месте не каждый переживёт, но Джен, знала, что кровь Анжелы, что теперь была в жилах Даниэля, не даст ему умереть.
- Мама, я так волновалась! Что тогда случилось? Ты вошла и тут же упала, Ричард…, - она глотала слова вместе со слезами.
Дженнифер, почувствовала, что былые силы наполнили её тело. Она вместе с Анжелой встала с постели.