— Согласен, — Райдо обошел тело с другой стороны. — Она встретилась с кем-то… случайно? Или договоренность была… скорее всего случайно, для договоренности слишком все шатко… она не знала, когда я ее отпущу и отпущу ли.
Шериф хмыкнул, но мешать не стал.
Слушает?
Он определенно уже не раз и не два прокручивал события сегодняшнего дня, знать бы к каким выводам пришел, но ведь не скажет. И Райдо позвал сюда, ставя какой-то свой, непонятный пока эксперимент. Частью этого эксперимента — тело на столе, и стол, и мертвецкая, и Нат, который наверняка извелся весь…
— Итак, с высокой долей вероятности встреча была случайной и убивать ее не планировали…
— Почему? — шериф качнулся, перенося вес тела с левой ноги на правую.
— Где ее нашли, на улице, верно?
Шериф кивнул.
— А убивать кого-то на улице, посреди бела дня в маленьком городке, где, как вы сказали, всегда найдется свидетель. Неосторожно это. Да и на рану взгляните.
— Глядел уже.
— Глубокая. Он ей не перерезал горло, он ей почти голову снес, а это требует сил и немалых. И значит, он или изначально выделяется этой немалой силой, но тогда бы вы уже обзавелись достойным подозреваемым. Или же он пребывал в ярости.
Райдо отступил от стола.
— Она и сама была зла… расстроена… у нее, скажем так, имелись надежды определенного рода, которые я не оправдал. А злость требовалось на ком-то выместить. И вот случайная встреча… безопасная с ее точки зрения… жертва.
— Пара слов… — шериф все же покинул место. Двигался он тяжело, лениво, но Райдо не обманулся показной леностью этих движений.
Он ведь силен, этот человек, который прячет в кармане фляжку с самогоном и жует табак. Немолод, но и не стар. Он знает всех и каждого в маленьком этом городке.
И почему бы ему…
— На меня думаете? — шериф усмехнулся и поглядел в глаза, прямо, с вызовом, определенно понимая, что именно творит. — Ну же… скажите… если кому и искать сокровища покойного альва, то мне… я ведь уже не молод, сколько лет стерегу этот треклятый городок. И если бог даст, буду стеречь еще долго… правда, не имею с этого ни хренища… вон и почему бы не взять мне… не чужое даже, а ничье.
— Почему? — поинтересовался Райдо, оскалившись.
Вид клыков человека не смутил.
— Не знаю… хотя бы потому, что мог бы взять эти самые сокровища раньше. Дом пару месяцев стоял пустым. Что мне мешало?
Райдо это тоже хотелось бы знать.
Бран погиб.
И дом обыскивали… определенно, обыскивали, перерыли от подвалов до самого чердака, но ничего не нашли… и затаились, выжидая… чего?
Появления Райдо?
Вряд ли.
Райдо скорее помеха. А вот альва… неучтенный игрок, или не игрок, скорее уж фигура, которую неосторожно смахнули с доски, но она взяла вдруг и вернулась.
Непослушная какая.
— Вижу, и вы додумались… — шериф вновь приложился к фляжке, но теперь этот его жест показался Райдо нарочитым. — Все пошло не так, как надо…
Кому именно надо, Райдо уточнять не стал. А шериф, вспомнив давнюю беседу, уточнил, без особой, впрочем, надежды:
— Не отдадите?
— Не отдам.
— Вам с нею не безопасно…
— Да уж как-нибудь справлюсь, — Райдо направился к выходу из подвала, но на пороге все-таки остановился, обернулся: — Он ее ненавидел. Или не ее… перерезал горло, а когда упала, ударил. И ему понравилось…
Шериф грыз мизинец, и вид при том имел сонный, безразличный.
— Я не знаю людей настолько хорошо, чтобы делать выводы, но… если бы в том, кто убил ее, была наша кровь, я бы сказал, что убийство это станет первым.
Поднимались молча.
И лишь оказавшись в собственном кабинете, Йен Маккастер произнес:
— Не хотите отдавать, так увезите ее отсюда…
— Куда?
— Куда-нибудь… мир большой.
Но не настолько, чтобы в нем хватило места для одной маленькой альвы. Райдо поморщился.
Есть дом.
И со-родичи… и если дом безопасен, то со-родичи вряд ли альве обрадуются. Матушка придет в ужас, отец разозлится… братья… разве что Кейрен, но почему-то сама мысль о том, чтобы передать альву Кейрену была не просто неприятна — она вызывала приступ острого раздражения.
Младшенький не сумеет о ней позаботиться.
Он и о себе-то позаботиться не способен.
…продать поместье и переехать в другой городок? Но и там будут люди, которым нужен кто-то, на кого можно переложить вину…