«Сейчас все рухнет» — пронеслось в голове мальчика.
Он продолжал лежать. Отец пытался подняться, терял равновесие, падал. Раздался очередной взрыв. Мать, согнувшись, сидела рядом, закрывая себя и сына от каменного дождя руками. Сквозь туман Марсий увидел, что отец что-то сказал ей жестом. Она резко кивнула. Отец приподнял его на руках и стал заталкивать назад в капсулу. Мать, поддерживая ребенка за голени, помогала мужу. Решение родителей вернуться в капсулу казалось Марсию странным, она не взлетела бы с ними тремя.
Дотянувшись до покрытого жидкостью отверстия, он заполз внутрь, ожидая, что родители проникнут вслед за ним. Но руки отца отпустили его и медленно исчезли в стене. Он попытался ухватиться за них, но капсула пошатнулась, и он отлетел. В эту секунду Марсий понял, чего хотели родители, возвращая его сюда. Они знали, что втроем им не взлететь, оттого остались снаружи погибать. Холодный ужас сковал сердце Марсия. Он знал, что так случится, но не был к этому готов. Слезы градом посыпались из его глаз.
— Мама! — закричал он, вытягивая руки вперед.
Капсулу сильно трясло. Он представлял, что происходит за её пределами, но ничего не видел и тем более ничего не мог сделать. Кувыркнувшись, он перелетел через кресло и рухнул всем телом на панель управления. Сползая вниз, он схватился за штурвал, вводя систему в действие. Он еще надеялся как-то спасти родителей, но капсула отказывалась шевелиться. Оставшегося количества ферромагнитной жидкости не хватало для старта. Он старался, но попытки были тщетны. Оторвать капсулу от скал не удавалась ровно до того момента, пока скала сама не оторвалась от нее и не полетела вниз. Рушились подземные пещеры. Почувствовав, что он завис над бурлящей лавой камней, уносящейся в пропасть, Марсий стал стараться подняться выше. Ему казалось, что он слышит душераздирающие крики родителей, видит, как, сцепившись за руки, они падают вниз, но, задыхаясь от горя, сквозь слезы, пыль и мрак, он мог видеть только черноту и слышать лишь гул.
Он провел в медленном, балансирующем на грани с падением положении несколько минут. Дым слегка рассеялся, и в какой-то момент ему показалось, что прямо перед ним, лоб в лоб, стоит корабль крамов. Глухое черное пятно застыло напротив, моргая зелеными лампами, внимательно изучая его и гудя. Вжавшись в кресло, прищурившись, Марсий стал ожидать последнего выстрела в упор. Секунды шли, сердце выпрыгивало из груди, веки сжимались все сильней, но выстрела не последовало. Резко открыв глаза, он увидел пустоту.
«Показалось», — подумал он.
Далеко в небе шла война. Тулонский флот подоспел. Боевые капсулы серебряными стаями истребляли черных монстров. Корабли крамов таяли, а судно, которое скорее просто померещилось ему, испарилось в воздухе.
Марсий остался совсем один. Ни одной учебной капсулы не было видно над разгромленными утесами. Внизу виднелись огни догорающих кораблей и снарядов, струился дым, а редкие камни продолжали падать по инерции. Энергии ферромагнитной жидкости хватило только чтобы сесть на один из немногих уцелевших утесов. Марсий приземлился, лег на панель и проплакал до момента, пока не прилетели спасатели.
Космическое пространство системы Трон.
Марсий закончил свой рассказ. Атла и Ёнк с сочувствием смотрели на него.
После этой истории почему-то они все стали друг другу больше доверять.
Время шло. Работать втроем становилось легче. Прошлая скованность порой совсем пропадала. Бывали периоды, когда они действительно становились единым сознанием, понимали друг друга без слов или жестов. Но стоило только вспомнить, что принадлежали они к разным расам, баланс тут же рушился.
Свободного времени теперь было очень много, каждый находил ему разное применение. Ёнк чинил свою сферу. Марсий работал над мышцами, занимая себя тренировками. Он вбил себе в голову, что в новом мире многое будет зависеть от его физической силы и выносливости. Даже в учебном корпусе он не достигал подобного совершенства тела. Атла пыталась обучить его духовным практикам, но он не поддавался. Все крамовское было для него ненавистным.