Люди смотрели на него, как на диковинного зверя. Они осторожно обступили его по кругу, издавая странные звуки без гласных, напоминавших чем-то волчий рык. Внимание привлек его костюм. Несколько людей опустились возле него на корточки и стали трогать пальцами серебряную обшивку скафандра. Это было очень неприятно, но Марсий терпел. Люди эти казались ему очень слабо развитыми и даже дикими. Все они были мужчинами, пока он насчитал только пятерых. Они были обмотаны в шкуры животных. Руки их были по локоть в крови — вероятно, перед встречей с ним они охотились.
Руки мужчины, который ощупывал его грудную клетку, были сильно покалечены. Был виден старый, неправильно сросшийся перелом, отсутствовала одна фаланга. Под густым волосяным покровом руки просматривалось множество шрамов. От существ этих шел сильный неприятный запах. А их бессмысленный голодный взгляд наводил страх. Но даже после этого Марсий не спешил убивать. Наверное, у них он вызывал не меньшую растерянность. Они не понимали, кто он, и не знали, что с ним делать.
Двое из мужчин подняли его и закинули на плечо третьему. Марсий продолжал притворяться недвижимым. Мужчина, несший его, сделал два шага и внезапно упал. Кто-то на огромной скорости запустил в мужчину копье. Марсий рухнул вместе с ним и снова оказался на снегу. В тот же миг попадали и другие охотники. Из леса налетели новые люди и добили тех, кто был еще жив, руками, ломая шеи. Марсий не шевелясь наблюдал за дракой.
Новые люди выглядели по-другому, их кожа и волосы были темнее. Они казались чуть выше ростом, таз и грудная клетка их были намного уже, они были стройные и длинноногие, походили на людей гораздо больше, но точно так же заматывались в шкуры.
Марсию открылся вид убитого зверя, которого приволокли на поляну первые люди. Зверь этот был огромный, он лежал на снегу, истекая кровью. Он был весь покрыт шерстью, а из головы его торчало два дугообразных рога: один поменьше, второй большой, завершавший его голову, как пика. Новые люди перехватили добычу мертвых людей. Его заметили сразу и точно так же стали проявлять интерес.
Тело Марсия вытащили из-под придавившего его здоровяка. Марсия положили рядом с убитым зверем и стали внимательно рассматривать. Новые люди казались ему смышленей и привлекательней. Они общались между собой. Слова, которые они проговаривали, были длиннее и сложнее, чем у предыдущих. На телах их было меньше шерсти. На руке одного из мужчин он заметил браслет из ракушек. Копья их завершались острозаточенным черным камнем, приклеенным к деревянному основанию черенка на неведомый черный клей.
В этих людях были зачатки цивилизованности, к которой Марсий привык. Попасть к ним в племя было предпочтительней, чем к первым. Марсий понимал, что один выжить в этих снегах не сможет, и чувствовал, что если поведет себя грамотно, то сможет завоевать их расположение. У него было большое преимущество перед ними его— луч. А значит, он мог стать их первым охотником. Если эти люди настолько нуждались в мясе, что даже убивали себе подобных ради него, значит, ему было что предложить взамен. Пока же он притворялся мертвым, осторожно изучая их полуприкрытыми глазами и позволяя изучать себя.
Охотники долго переговаривались на его счёт. Марсий понимал, что речь идет о нем, потому что они показывали на него пальцами при разговоре. Эти люди решали, что с ним делать дальше, советовались. В итоге его погрузили на спину шерстистого монстра и поволокли по снегу в неизвестном направлении. Марсий догадывался, что его везут в поселение. По законам природы у этих мужчин должны быть дети и женщины, а значит, и убежища от этого дикого холода.
Они шли около двух часов, сначала поднимаясь по лесистому склону, затем спускаясь с него. Поселение было в низине. Обнесенное сетью холмов, оно было хорошо защищено от ветров. Внизу стояли лачуги. Издалека они напоминали пирамиды или конусы. Каркасом лачуг служили белые кости огромных неведомых зверей. Сверх костей очень плотно были натянуты шкуры, из вершин выходил дым — внутри были разведены костры. Строений этих насчитывалось не более двадцати. Они были разного размера, припорошенные снегом. Около них тоже горели костры.