Пилотам с трудом удавалось за ней поспевать. Слышались слабые удары каменного дождя об обшивку судна, то были мелкие кусочки камней, вьющиеся возле крупных глыб, как пурга.
— Не-е-т! Я же сказала: левей! — прикрывая лицо руками, взвизгнула Атла.
На них двигались огромные глыбы сразу сверху и снизу. Глыбы сближались, стремясь размозжить кристалл, зажав его между собой.
— Нужно протиснуться мимо них! — приказала она.
— Развернуть корабль! — подхватил управление Ёнк.
Все трое наскоро пристегнулись на своих местах. Марсий отдал команду на поворот. Кристалл перевернулся в пространстве боком и полетел между глыб. Он держался четко посередине, хорошо вписываясь в щель, но верхняя глыба, получив дополнительный удар сверху от случайного камня, стала резко снижаться на них. Марсий выжал максимальную скорость, однако глыба успела чиркнуть по ним, оставив на поверхности звездолета неглубокую царапину.
— Вырвались! — крикнула Атла.
— Но попали в пылевой шлейф, — заметил Ёнк.
Кристалл оказался в тумане. Глыбы столкнулись позади них, разрушив друг друга на мелкие кусочки. Они все еще были между камней, но размеры их были незначительными, и уклоняться было легче.
— Вижу свободный тоннель впереди! — истошно завопила крамовка. — На четыре километра левее — и включаем скорость на максимум!
Молниеносно исполнив ее приказ, корабль наконец-то получил возможность вырваться из каменного плена на волю. Пояс астероидов остался позади.
— Мы в открытом пространстве… — с облегчением произнесла девушка. — Мы очень близко, — таинственным шепотом добавила она.
Атла сосредоточилась на последней сверке координат.
— Есть неточность, — приложив руки к вискам, произнесла она.
— Что именно? — спросил Ёнк.
— Звездное небо, которое видит Марсий в своих видениях, может просматриваться сразу с трех планет этой системы.
— Как это возможно?.. — не понял ее Ёнк.
— В тот или иной период своего цикла каждая из трех планет проходила под похожим углом к звездному небу.
— Какая же из трех? — спросил Марсий.
Он тревожно посмотрел на Атлу.
— Хочешь сказать, мы будем обследовать каждую?
— Нет! — Атла прикрыла глаза. — Я чувствую жизнь на расстоянии. Это и есть мой великий дар, с которым боги послали меня на служение людям.
— И что ты чувствуешь? — спросил тулонец.
— Чувствую жизнь! — смело воскликнула она.
— Где? — поинтересовался Ёнк.
— Та, что третья от звезды, цветет, остальные мертвы, — ответила девушка.
— Если честно, это видно невооруженным глазом, — с сарказмом произнес Ёнк, приближая виды планет в телескоп. — Там определенно существует атмосфера.
Марсий взглянул на снимок и улыбнулся. Это была она!
— Со скоростью света мы достигли бы этой планеты за тридцать семь минут, — просчитал Ёнк, — но сейчас наша скорость ничтожна, нам понадобится один месяц на разгон, четырнадцать дней на полет со сверхскоростью, затем столько же на торможение. Мой окончательный расчёт — два месяца, — объявил он.
Атла и Марсий согласились.
— Хорошо, два месяца, — произнесла жрица. — Нам будет чем заняться. Мы успеем изучить всю эту систему через телескопы.
Время прошло незаметно. Марсий сосредоточился на последних мгновеньях пути. Легкая дрожь прокатилась по его телу. Оставалось меньше четырех суток. Момент встречи с заветной мечтой оказался волнительным. Только сейчас он по-настоящему задумался над тем, что может ждать их там. Светлые мысли Марсия прервал инородный сигнал. Все трое замерли. Пространство было совсем чистым, тем не менее сигнал говорил об угрозе.
— Разгерметизация, — растерянно произнесла Атла.
— Отчего? — с недоумением спросил Марсий.
Ёнк обследовал поверхность корабля. Царапина, которая осталась от пояса астероидов все-таки дала о себе знать.
— Посмотри, она переросла в микроскопическую щель, через которую стал медленно утекать кислород. — сказала жрица.
Ёнк приблизил царапину на экране, внимательно изучив.
— Она постепенно увеличивается, — тревожно произнес он. — Задета система нагнетания кислорода.
Столкновение с глыбой не прошло бесследно. Разум отказывался верить в это, но сигнал продолжал гудеть вопреки всем.
— Почему сейчас? — спросил Марсий.
— Мы слишком быстро тормозили, — предположил Ёнк, — оболочка не выдержала нагрузку.
— Успеем? — взволнованно спросил Марсий, взглянув на Атлу.
Марсий тешил себя надеждой добраться до планеты до того, как вытечет весь кислород.