- Хет! - еле слышно услышал он в своей голове. –Мы здесь!
Это был голос Атлы, она кричала ему издалека. Крамовка нашла его сознание и вышла на связь. Король оглянулся, где-то внизу оставалась она, Марсий и Енк, но это не должно было более заботить его. Долг обязывал вести людей Мури к спасительной планете и как можно скорее.
- Умоляю, Хет! - кричала Атла.
Хет старался заглушить ее голос, не слушал, мучился, шёл вперёд, но не смог продолжать.
- Назад! - приказал он поводырю.
Муриец-пилот не понимал его. Это решение короля казалось безумным.
- Наша самка ранена, другие скаты идут за ней, нельзя более нагружать ее! – пытался образумить он молодого правителя.
-Мы возвращаемся! - не уступал Хет.
Поводырь не мог спорить с волей своего короля. Он развернул животное обратно в сторону смерти и ужаса.
Марсий и Енк не верили в то, что видели. Королевский скат разворачивался.
И только в этот миг Марсий окончательно осознал, одну простую истину. Сила заключалась не в оружии, не в армии, не во власти и давлении, не в знатности рода и титуле, не в деньгах и умении навязывать свою волю, настоящая сила была в дружбе и любви, которую он в очередной раз испытал на примере Хета.
Никто не принуждал его возвращаться за ними, не приказывал, не угрожал расправой и не сулил материальных благ, он делал это по собственной воле, просто потому, что не мог иначе. Именно по этой причине несколькими мгновениями раньше его спас Ёнк, а старик Иза еще раньше отдал собственную жизнь. Люди не желают идти в разрез с собственной совестью и предавать тех, кто живет в их душе. Смысл жизни теряется, если внутри пустота и не за кем возвращаться, это Хет знал, и все же для Хета это был не лучший поворот.
- Зачем ты вернула его? - осудил ее Марсий.
- Спасти нас! - со слезами ответила жрица.
- Для чего? - печально переспросил Енк. - Что бы быть императорами над мертвецами?
Енк сел на пол и накрыл голову руками. Мурийцы не могли всех спасти, они сами были перегружены. Хет шел только за ним. Были слышные всхлипы Енка. Пациф плакал впервые.
- Я не хочу, чтобы Хет нас спасал, - стонал Енк. - Я не хочу лететь на планету, где судьбами правит твой жалкий Оракул! - закричал он на Атлу.
Глаза его были красными от слез. Руки тряслись. Он сорвался и выплеснул на нее всю свою боль. Атла затряслась вмести с ним и села напротив него.
- Я должна признаться тебе, - со слезами произнесла она. - Я никогда не слышала никакого Оракула. Я придумала сама, что мы будим править на Голубой планете.
Енк смотрел на неё обижено. Он чувствовал себя полным дураком, обманутым и растерянным.
-Ты внушила мне, что я буду императором, я поверил тебе! - с укором произнёс он.
Атла опустила голову.
Марсий сел возле неё и коснулся ее плеча.
- А как же амулет? - робко спросил он.
Атла посмотрела на него виновато, сняла с себя амулет и протянула перед ним.
- Это просто кусок металла, я не слышу его и не чувствую, эта вещь бесполезна.
Она произнесла это и с горечью бросила амулет на пол, он заскользил по полу и скрылся в тени угла.
- Атла, - обнял ее Марсий,- я не осуждаю тебя за то, что ты все придумала. Это могло получиться! Ты хотела добра.
- А я осуждаю, - крикнул на неё Енк. – Я дал клятву, хуже того я поверил! И этот мальчик, который летит за нами, тоже поверил!
Енк указал резким движением в неизвестность.
- Мы видели титана! - посмотрел на него Марсий, не позволяя кричать на Атлу. - Он сказал, что Оракул был, он дал нам амулет и предупредил, что покуда амулет с нами, человечество будет жить.
Енк махнул рукой. Он не верил уже никому:
- Амулет с нами, и где человечество!? В новом мире буду править роботы!
Пациф ткнул пальцем в Ион, просматриваемый через иллюминатор.
Марсию трудно было наблюдать отчаяние Енка, он обернулся и стал глазами искать амулет на полу. Он дал этому предмету еще одни шанс. Золотой круг сверкнул из тени, выдав себя. Марсий подошёл, поднял предмет с пола и надел его на шею впервые. Гладкая полированная оборотная сторона его коснулась кожи тулонца в районе солнечного сплетения и приросла. Марсий хотел сделать шаг, чтобы вернуться к Атле, но не смог. За одно мгновение через него пронёсся свет всей галактики сразу. Он почувствовал, что расширился до размеров вселенной. Он был везде, в каждой точке этого бесконечного мира. Он не дышал, кровь не двигалась по его телу, он не ощущал себя человеком, а лишь духом, властным и сильным.