Король увидел сына, широко улыбнулся и направился к нему.
Он прижал к себе Хета, погладил по голове и стал осматривать.
- Какой чудовищный шрам, мы немедленно уберем его, - было первое, что сказал король.
- Нет, не нужно, - возразил Хет. - Это память.
Кроль засмеялся. И громко, на публику, произнес:
- Каков шутник! Какая может быть память в уродстве?
По пологому склону крыла ската принц сошел на поверхность Мури. Его растоптанные туфли потонули в небывало мягком, идеально белом песке. Он втянул в себя воздух и почувствовал такой знакомый ему аромат мурийского вечера.
- Отец, нужно многое обсудить, - обратился он к королю.
- Ну конечно, - улыбнулся король, направляя всех ко дворцу.
Хет был полон решимости и тревог. Он шел быстро, подгоняя остальных. Он смотрел на лицо своего отца, поражаясь его спокойствию. Король улыбался, шел не спеша позади него. Облик его был до отвращения идеален и беспечен. Он напоминал дорогую куклу, с искусственной улыбкой и стеклянными глазами. Король не способен был адекватно оценить обстановку, в то время как его долгом было думать о переселении целой планеты.
Хет был точной его копией, и в тоже время был совсем другим. Возможно, не убежав тогда из дворца и не отказавшись от прежней жизни, он шел бы тем же темпом и так же неистово улыбался, но теперь внутри него был спрятан целый мир, созданный из страдания, боли и восхищения, и теперь уже он никогда не смог бы остаться равнодушным. Ему трудно было представить, что делать дальше и с чего начинать. Ситуация требовала от него решений и скорых действий, а опыта и уверенности не было совсем. Он строил план. Во-первых, нужно было узнать, сколько точно людей проживает на Мури, во-вторых, как много у них было скатов и какое число жителей они могли перевести. В-третьих, выяснить, способны ли звери вообще на такой перелет?
- Отец! - крикнул он в сторону короля. – Нужно немедленно созвать совет.
- Да, непременно! – спокойно произнес король.
Добравшись до дворца, принц был вынужден трижды напомнить отцу про экстренный совет, после чего правитель все же объявил о нем. Хет направился в зал совещаний. Прибыв туда первым, юноша занял место, положенное принцу, и стал ждать. Круглая тронная комната редко видела людей внутри себя. Совещаний практически не было. Большой овальный портрет в полный рост, представляющий собой забальзамированное тело короля Хета прошлых столетий, был вживлен в стену. Подписывать номер смысла не было, все клоны были на одно лицо, и Хет печально смотрел на свое мертвое отражение.
«Я во всем похож на своего так называемого предка, полная идентичность, клеточка в клеточку я повторяю его суть. Только шрам на лице делает меня другим», - думал Хет.
Его мысли перебили двое вошедших советников, похожих друг на друга, точно близнецы.
- Почему вас только двое? Где остальные? - спросил Хет.
- Наш принц, они еще трапезничают, - с любезными выражениями лиц ответили советники.
К счастью, у Хета не было гена агрессии, и он не стал запускать в рассеянных господ башмаками.
- Прошу поторопите их, заседание экстренное! - с улыбкой ответил принц, не найдя в себе силы даже нахмурить брови.
Советники удалились, и Хет остался с портретом наедине. Пустота давила на него безразличием. Страшным было то, что никто из наделенных властью до конца не осознавал всю серьезность происходящего, словно угроза была шуткой и решение проблемы нашлось бы само по себе. Нервно тарабаня пальцами по ручке кресла, принц не находил себе места, постоянно оглядываясь на дверь. Наконец она отворилась, и в зал вошел король.
Король был облачен в свежий наряд. На нем был золотой плащ с красными волнистыми вставками, вшитыми в ткань. Голову его украшала золотая корона в виде сужающейся к концу спирали. Подобных у него было шесть, для разных случаев. Вдоль шеи был пущен массивный костяной ворот, с красными эмалевыми полосами, отбитыми по вертикали. Хет ужаснулся тому, сколько времени потратил отец на нелепую, безрассудную перемену своего наряда.
- Мой сын! - радостно воскликнул король, приподняв обе руки вверх. - Ты даже не пообедал!