Неистовое чувство досады металось в ее груди вслед за колоссальным ощущением вины. Совсем недавно она еще верила в то, что отец поймет её, простит и примет верное решение. Она изнывала из-за того, что ей не удалось сохранить самое ценное. С минуту на минуту должна была прийти Татида и стереть из ее сердца любовь. Память о Марсии, чувства, которые она испытывала к нему, заполняли всю её душу, и Атла знала, что, лишившись их, погибнет духовно, без шанса на возрождение.
Прорицательница обладала великой силой. И Атла была уверена, что отец пришлет именно ее. Сам верховный шаман побаивался старуху, обходя стороной. Татиде принадлежал крамовский трон, но, будучи еще девочкой, она уверенно заявила, что отказывается от власти и выбирает вселенское служение богам. Именно Татида предсказывала и катастрофу, и полет на Голубую планету, с ее легкой руки Атла была избрана проводником.
Особенностью Татиды были глаза, настолько тяжелые и мрачные, что, заглянув в них один раз, на второй уже никто не решался. Ее зрачки были аномально белёсые, вместе с тем четко обрисованные синим контуром, а в белках стояли маленькие черные точки, постоянно меняющие свое расположение. Кто-то говорил, что в них была запрятана карта к бессмертию, кто-то считал, что они отображают течение времени во вселенной, были и те, кто называл ее за это проклятой богами тьмы, но правду не знал никто. В своей черной расе Татида была альбиносом, причем не от рождения, а ставшая им при жизни. Часто она говорила, что отдала свой цвет и сок людям, заставляя окружающих испытывать вину. Прорицательница была настолько стара, что уже никто не помнил ни ее родителей, ни братьев и сестер. Она пережила уже несколько поколений, но по-прежнему чувствовала в себе силы продолжать жить.
Раздался слабый треск. Атла вздрогнула. Поднеся к губам амулет Оракула, она дрожащими губами стала нашептывать молитвы, обращаясь к великим богам с просьбой пощадить ее влюбленную душу. Почувствовав холод приближения ведьмы, она заметалось из стороны в сторону, как раненый тигр в горящих джунглях. Ударяя руками по стенам, пытаясь пробить их насквозь, Атла взлетела к потолку. Уперевшись ладонями в купол, она потянулась ввысь, но камень оставался неприступным. Издав пронзительный крик, она бессильно рухнула на пол и зарыдала с новой силой. В этот миг Атла испытала на себе слабый удар тока. Медленно она стала отползать назад, с опаской оглядываясь по сторонам. Прорицательница склонилась над ней сзади, выставив руки над головой.
- Атла! – раздался слабый старческий голос в сознании девушки.
Атла закрыла глаза. В этот момент она уже понимала, что бежать было некуда, а сопротивляться бессмысленно. Ладони Татиды зависали над ее головой, а значит, еще мгновение - и память о Марсии будет смыта из ее сознания навсегда. Тонкие струи слез сочились по ее щекам. Дрожащими мокрыми губами она запричитала. Рухнув в ноги Татиды, Атла стала молить о пощаде. Прорицательница погрузилась на колени возле неё.
- Атла! - повторила она, проведя по голове девушки ладонью. - Запомни, что бы ни случилось, никогда и никому не падай в ноги! - строго произнесла Татида.
Атла подняла заплаканное лицо и изумленно посмотрела на прорицательницу. Все те же мистические глаза, загадка и холод создавали ее образ.
- Как еще я могу вас просить не совершать этого со мной? - взмолилась она.
Прорицательница хитро улыбнулась, любуясь доверчивостью и чистотой глаз свой любимицы.
-Тебе не надо умолять меня, все впустую, - произнесла она.
- Знаю, вы все равно не станете слушать, вы служите отцу, - хотела было продолжать Атла, но была прервана.
- Я служу вселенной! - поправила её прорицательница.
- Но вас прислали сюда убить любовь во мне, - возразила девушка.
- Да, - произнесла Татида. - Но я не в силах.
От неожиданности сказанного Атла отпрянула назад. Она знала, насколько была велика сила Татиды, видела, как прорицательница воскрешает, умертвляет, внушает, гипнотизирует, и никто и никогда не был способен ей противостоять.
- Не в силах? - изумилась Атла.
- То, что прячется внутри твоего сердца, настолько велико и бесконечно, что я сгорю, вмешавшись в этот поток. На тебе лежит его защита, и толще этой брони нет ничего. Он постоянно думает о тебе, а значит, я бессильна, - сложив руки, отстранилась Татида.