Марсий улыбнулся. Пациф впервые проявлял свои эмоции. Он не видел раньше, чтобы этот несносный грубиян кого-либо обнимал.
— По местам! — произнес Марсий.
Марсий устремился к штурвалу. В корабле висело тягостное молчание. Все скорбили о старике.
— Куда направимся? — спросил Ёнк.
— Никуда, — подумав, ответил Марсий. — Будем держаться рядом с этим местом. За мной прилетят, за Хетом тоже.
— Да! Отец выслал флот, — произнес Хет.
— Рад за вас. Жаль, не могу похвастаться этим же! — с сарказмом произнес Ёнк. — За мной эскорт не высылали. Мои ждут, что я прилечу сам.
— Тебе останется этот корабль, — спокойно ответил Марсий.
— Щедро! — ухмыльнувшись, воскликнул Ёнк. — Наследство от старика.
— Справишься с кораблем в одиночку? — настороженно спросил Марсий у Ёнка.
— До Пацифы дотяну, — подумав, ответил Ёнк.
Марсий с грустью улыбнулся.
— Когда друг прилетит, мы заберем Атлу и довезем ее до Крамы, — произнес он, обратившись в сторону девушки.
Атла улыбнулась и ответила на предложение Марсия отказом:
— Я не знаю обстановку в городе и настроение отца. Он может не отпустить вас, если вы высадите меня на красной планете.
— Я прикажу выделить тебе ската! — вмешался Хет.
Атла улыбнулась. Это было очень ценным предложением. К скатам крамы относились снисходительнее, чем к тулонским капсулам.
— Благодарю, Хет, — улыбнулась она. — Это было бы идеально!
— Нам нельзя улетать с этой точки, остаётся только ждать, — произнес Марсий, приводя систему в режим ожидания, заставляющий звездолет зависнуть в невесомости.
Казалось, корабль просто остановился на минутку или сел на поверхность невидимой планеты. Волнение от ожидания усиливалось. Все разбрелись в разные стороны. Хет грустно сидел в тени, изредка переговариваясь. Марсий держался рядом со штурвалом, размышляя о дальнейших действиях. Атла сидела с Ликой. Уложив девочку себе на колени, жрица медленными, спокойными движениями водила по её голове пальцами, читая про себя заклинание, снимающее боль утраты. Ребенок периодически всхлипывал, но вскоре успокоился и уснул.
Корабль не требовал ни от кого никаких действий. Впервые за долгое время все присутствующие на судне могли просто сидеть, сложа руки, и ждать.
Хет предвкушал предстоящую встречу с отцом, настраиваясь на крепкие объятия и долгий рассказ. Марсий сел возле Атлы с Ликой и, обняв их решил поделиться последними словами старика Изы.
— Старик крикнул мне вслед очень непонятную фразу, — начал он. — Он сказал, что отослал мое кольцо на Иону своему сыну Адриану. Сказал, что мы должны сделать его членом союза Оракула и что он может открыть порталы!
— Какие порталы? — сразу спросил Хет.
— Вот и я спрашиваю себя, какие порталы? — произнес Марсий.
Атла выглядела задумчиво. Енка слова Изы очень заинтересовали. Он стал размышлять вслух:
— Если он считает, что его сын достоин союза Оракула, то вероятно, порталы эти очень важны.
— И важны они для всех семимирян, раз он сказал это тебе, — продолжила развивать его мысль Атла.
— Почему он упомянул про кольцо? — спросил Хет.
— Может быть, кольцо как-то связано с тем, что его сын должен открыть порталы? — предположил Енк. — А может быть, и нет, и он просто хотел заинтересовать тебя в поисках сына, полагая, что ты захочешь вернуть кольцо.
— Непонятно! — ответил Марсий.
— Дедушка обещал, что мы спасемся, — подключилась Лика, разбуженная разговором. — Он обещал мне, что мы будем жить с ним в мире, который я видела в записях, что мы будем счастливы, и мой следующий день рожденья встретим уже там, — по щекам девочки ползли слезы.
Марсий держал ее за руку, Атла вытирала слезы. Им не хотелось донимать ребенка расспросами, но тема была слишком важной.
— Когда твой следующий день рожденья? — доброжелательно спросила жрица.
— Через десять дней, — ответила Лика.
Повисла тишина. Все помнили, что до Голубой планеты лететь год, и как Иза мог обещать ей попасть в этот мир уже так скоро, никто не догадывался.
— Он знал короткий путь, — подвел итог Енк.
— Да, — согласилась Атла. — И это как-то связано с тем, что его сын может открыть порталы.
— Титан говорил, что раньше вся империя была связана дорогами, — вспомнил Марсий. — Но тоннели взорвались!
— Не взорвались, а коллапсировали, — уточнил Енк.
— И в чем разница? — спросил Хет.
— Разница большая! — произнес пациф. — Древние умели управлять материей так, как не можем мы. Они способны были строить тоннели в пространстве. Материя не может исчезнуть в никуда. Это закон космоса. Но она может сжаться до точки или трансформироваться в нечто иное. Сказав, что тоннели коллапсировали, он явно дал понять, что они не исчезли, а лишь трансформировались. И я не удивлюсь, если старик нашел способ их возродить.