— Мой народ, — стала повторять она за отцом. — Величественные крамы, рожденные в лучах Оникса, вечно свободные и независимые! — читала она его текст. — Боги подарили нам Краму. Много тысячелетий мы жили здесь и были счастливы, но боги забирают у нас Краму! Они добры и великодушны, они любят нас и дарят нам другую планету, богаче и лучше этой!
Атла положила руки на перила, выложенные из пластин фианита, и закрыла глаза. Импульс от ее рук побежал по камню вниз, прошел через город и достиг пирамидального купола. На гранях купола над всем городом сразу стали отражаться ее воспоминания о Голубой планете. Она показали им леса и озера, голубое небо, птиц и рыб. Она провела их по континентам, осыпала цветами и звездами. Показала снежные поля и песчаные пустыни, красные закаты и золотые рассветы. Она приковала всех к себе, удерживая внимание на своих воспоминаниях с минуту, передав их в другие города планеты Крама на другие пирамиды.
Люди были потрясены. Над планетой стоял стон восхищения.
Шаман был очень горд. Атла видела его надменное лицо в своем сознании, но продолжала говорить его словами:
Этот мир по праву наш! Но враги посягают на него. Нам предстоит война! — произнесла она слова отца и приостановилась. — Мы уничтожим соседние миры и будем править на этой планете одни, потому что только мы достойны этого!
Народ ответил на призыв бодрым улюлюканьем, показывая свое согласие на войну и готовность сражаться. Атла замолчала, шаман довольно улыбался, стоя в тени. Дочь произнесла его речь с достоинством и чувством. Крамы все до единого поддерживали ее. Шаман расслабился и вышел из сознания дочери.
Атла почувствовала, что свободна. Она подождала недолго, позволив людям Крамы высказаться и пошуметь. Народ, заметив, что жрица не уходит и многозначительно молчит, утих, ожидая ее следующих слов.
— Это один путь, но есть и другой! — продолжила она уже своими словами и снова положила руки на перила.
Перед завороженной толпой на гранях купола возникли воспоминания Марсия о встрече с Титаном, которые она заимствовала у тулонца. Крамы услышали слова гиганта, узнали его историю, увидели его глаза и замерли.
— Нам достался амулет Оракула! — крикнула Атла с яростью. — Не тулонцам, не пацифам, а нам! — громко говорила жрица. — Потому что мы наследники его учения!
Верховный шаман тревожно наблюдал за дочерью, но прерывать не спешил, не понимая куда она клонит. Атла была в ярости, и войти в ее сознания снова и подчинить себе он никак не мог.
— На нас ложиться ответственность за то, чтобы объединить всех его потомков в единый мир! Мы не летим в новый мир, мы возвращаемся в старый и давно забытый! Наши враги нам не враги, они наша плоть и кровь! Все мы есть порождение единого мира, и у нас равные права на возвращение, — продолжала жрица. — Ни один крам больше не прольет ни капли инопланетной крови! Мы будем жить со всеми другими мирами вместе на одной планете. Мы заключили мир! — кричала она.
Народ растерянно гудел. Реакция крамов была не однозначная.
Атла сняла с себя амулет и протянула на вытянутой руке над толпой.
— Мудрость и любовь великого Оракула с нами! — надрывалась она. — Он хранитель Избранной планеты! Мы идем в его владения! Только через мир и добро нас пустят туда.
Толпа завопила еще сильнее. То, что говорила жрица, было слишком ново и революционно. Идея о том, что все станут жить в одном мире, напугала крамов.
Шаман поспешил вмешаться. Он подхватил реакцию толпы и встал возле Атлы. Дочь путала ему все планы, но он вовремя сориентировался.
Он улыбался, не подавал вида, что разочарован, сильно сжал ее руку и стал говорить.
— Как видите, мы всегда предоставляем вам выбор, — крикнул шаман. — Только вам решать, по какому пути идти!
Шаман хорошо чувствовал реакцию толпы. Он видел, что слова Атлы всех насторожили. Он знал, что люди не готовы принять ее идею.
— Мы проголосуем! — объявил шаман.
Он вознес руки. Посмотрел на Оникс и закрыл глаза. В воздухе над площадью появились две прозрачные огромные чаши.
— Кто за то, чтобы сражаться и жить на Избранной планете одним, положите свой голос в левую чашу. Кто за то, чтобы разделить Избранную планету с варварами, положите свой голос на правую!
Атла перевела взор на шамана. Отец посмотрел на нее. Они сцепились взглядами в сильном эмоциональном противостоянии. Время пошло. Люди стали отдавать свои голоса. Достаточно было направить свою мысль в выбранную чашу и держать ее там.