Диомеда, Сэмюела и Лили приволокли на женскую половину бань и бросили в тепидарий — теплый зал. Дождь из камней оглушительно колотил по крыше, но это не мешало Диомеду биться о дверь и кричать:
— Корвус, будь ты проклят! Мне надо к жене и дочери! Я должен быть там! Если с ними что-нибудь случится…
Лили нагнулась к Сэму.
— Камни, которые падают с неба, — это пемза! — объяснила она. — Они означают, что извержение уже началось! Мы в школе смотрели документальный фильм. Через несколько часов город полностью накроет пеплом!
Ну почему Лили всегда всё понимает раньше других? Особенно в том, что касается катастроф!
— Несколько часов, ты уверена?
— Может, и меньше, не знаю. Точно знаю, что жертв будет не счесть. Большинство настигнет горящая туча, упавшая с неба, — людей будто мумифицирует пеплом. Мужчин, женщин, детей! Несколько веков спустя их обнаружат в тех же позах, в каких они находились в момент смерти!
— Еще хорошие новости есть?
— Сэмми, надо выбираться отсюда, и поскорее!
— Дверь с виду прочная. И Камень нам сейчас не поможет: проход к нему закрыт на замок.
Сэмюел быстро осмотрел теплый зал: наверху было много отверстий, но добраться до них невозможно, даже если встать на плечи Диомеду. Ну а больше ничего толкового: амфоры с маслом, скребки для очищения кожи, два забытых полотенца, кочерга, несколько ламп. Стены покрывали разноцветные фрески, воспевающие радости купания, но никакого аварийного выхода предусмотрено не было. Они в ловушке, и надежды на спасение нет!
— Чума возьми этого Корвуса! — воскликнул Диомед, оборачиваясь к детям. — Хоть бы у него все его зубы повыпадали и застряли в глотке! Моя дочь слишком слаба и не сможет идти сама, а жена ее не донесет. И всё из-за него!
— Что он сделал с твоей дочерью? — спросила Лили.
— Она упала с балкона, куда он отправил ее развешивать цветы. Она была слишком мала для такой работы! С тех пор ножки ее не держат. Ей никак не уйти из города! И если твоя догадка верна, если гора и в самом деле плюется огнем…
Он взял руки Лили в свои и пригнулся, чтобы быть с ней одного роста.
— Похоже, ты знаешь, что говоришь! Ты почти такого же возраста, как моя дочь. Ты правда считаешь, что мы все умрем?
— Ну, — пробормотала Лили, мягко высвобождая ладони из его рук. — Всегда остается надежда, правда? Но, похоже, Везувий проснулся, и теперь…
Тут мощный толчок тряхнул стены, и пол под ногами закачался. Они некоторое время шатались, еле удерживаясь на ногах, и тут всё здание застонало, и где-то за стенами раздался ужасающий грохот, будто по соседству рухнул дом.
— Что это? — спросила Лили.
— Где-то в южной части здания, — ответил Диомед. — Надеюсь, это не большая водонапорная башня обрушилась.
— Есть какой-нибудь способ отсюда выбраться? — поторопил его Сэм.
— Кроме этой двери, нет. Если только не…
Истопник сделал несколько шагов, глядя себе под ноги, и вдруг указал куда-то в пол.
— Смотрите, каменная кладка раскололась. Если повезет… Дайте-ка мне кочергу.
Сэмюел сбегал за железной палкой, лежавшей у печи.
— У тебя есть идея?
— Надо попытаться расширить разлом…
Истопник принялся выбивать из пола плитку, увеличивая трещину в полу. Снаружи каменный град шел с удвоенной силой, и свет угасал, будто наступала ночь.
— Возьмите скребки, — скомандовал Диомед. — Помогите мне!
Сэмюел и Лили рьяно принялись за дело, отковыривая что-то вроде зернистого цемента, на который крепилась плитка пола.
— Ты надеешься прорыть туннель, чтобы выбраться, да? — спросил Сэмюел после четверти часа молчаливых усилий.
— Почти! Тепидарий и кальдарий немного приподняты над землей. Они стоят на невысоких колоннах, между которых циркулирует горячий воздух из котельной. Это позволяет всегда поддерживать в комнатах нужную температуру. Если бы нам удалось добраться до пустоты между колоннами… Вот, смотрите, уже пошли кирпичи. Вроде получается!
Он попросил Лили и Сэма отойти в сторонку и несколько раз мощно ударил кочергой по полу с криком «Ха!», с каким дровосеки валят деревья, — и под очередным ударом последний слой кирпичей проломился. Горло обожгло горячим паром, густо пахнущим землей.
— Там не опасно?
— Огонь в котельной погашен, так что вы ничем не рискуете.
— Мы?
— Ну да, вы. Вы худые и, думаю, пролезете. А я слишком большой, я там застряну. Вперед, щель еще недостаточно широкая, надо поднажать!
Понадобилось еще минут десять, чтобы как следует расширить раскол — теперь Сэм и Лили могли через него выбраться.