— Кажется мне, что погань, подкоп здесь рыть надумала. А ну давайте веревку, схожу, посмотрю. А вы со стены доглядывайте, если со мной что, будете знать, что и правда, подкоп.
— Не ходи, Святослав Иваныч, дай лучше мне пойти. Если десятника зарежут, так и не велика беда, а если воеводу…
— Не страшись, Андрей. Я к ним не полезу, разведаю издалека и назад.
Спорить больше не стали, стояли на стене и до одурения всматривались в темноту, ловили каждый шорох, пока снизу не подёргали веревку. Ратники облегчённо втащили воеводу на стену.
— И правда, копают, суки. Тащите сюда мужиков с лопатами и заступами, будем рыть наперерез.
Мужикам не привыкать работать заступом и лопатой, тоннель углублялся быстро. Другие уже тащили брёвна и доски, чтобы укреплять своды. Старались не стучать и не шуметь, часто, воевода лично спускался в тоннель и прикладывался ухом к земле. В этот момент все работы замирали, а после, Святослав указывал, куда рыть дальше.
Вскоре подошёл князь, — что, распознал подкоп? А что будет, когда вы с ними встретитесь?
— Перережем их, что ж ещё с ними делать? А свод обрушим.
— Хитра задумка, — князь улыбался.
— Хитра, хитра, — как ни хмур был воевода, но улыбнулся.
Пришло утро, с ним новый штурм. Ратники рубились на стенах вместе с ополченцами городового полка. Каждый ратник, теперь, возглавлял десяток ополченцев. Мужики быстро набрались опыта и трупы татар валялись под стенами, они их не убирали. Трупы воняли и разлагались, смрад поднимался вверх и защитники города сходили с ума от вони, но деваться было некуда, пост бросить нельзя. Воевода подумал, что из-за этой падали по городу пойдут хвори. А затем, понял, не пойдут, не успеют.
Татары лезли на стены, тащили большие башни на колёсах, правда по трупам и грязище не могли докатить их до стен. Вот ведь, родная грязь, под ногами всегда, а теперь город спасает. Святослав, привычно уловил звуки тревоги, где-то, татары пролезли на стену. Кликнул резервный десяток и бросился на шум. Ополченцы на этом участке были перебиты, ратный десятник прижался спиной к задней стенке и отмахивался мечом.
Воевода толкнул одного степняка ногой и он вылетел со стены. Второго проткнул мечом. остальных порубил резервный десяток. Святослав подошёл к ратнику, который поднял тревогу.
— Пересвет, ты?
— Я, воевода.
— Ранен?
— Стрела в ноге. Но вроде сзади вышла, можно вытащить.
— Да и по лицу вижу саблей полоснули.
— Ерунда, глаза целы.
Так и шло, останавливала штурм, только ночная темнота. Святослав спустился к подкопу, послушал землю и присел, привалился к куче земли. Проснулся, потому что его трясли за плечо.
— Воевода, вставай! Слухач говорит, скоро на их подкоп выйдем.
— Уснул я, что ли?
— Немудрено, весь день мечом махать, любой бы уснул.
Воевода встал, взял свет и полез в подкоп, хорошо сделали, удобно идти. И правда, отчётливо слышались удары кирки.
— Мужики, десятника Андрея сюда кликните, и парней его.
Вскоре явился десятник. Вытащили короткие ножи и сели ждать. Десятник спросил шёпотом, — как узнал про подкоп?
— Догадался.
— Хитёр ты, Святослав. Хитёр как лис.
— Ты молчи, они уж близко.
И правда, скоро земля посыпалась, ратники прикрыли свет тряпицами. Татарин, с той стороны вонзил лопату и она провалилась, он ещё ничего не понял, а воевода негромко сказал, — свет, — и вонзил нож татарину в горло. Ратники осветили ход и рванулись к врагам. Скоро всё было закончено. Их было много, почти три десятка, мелкие, им в подкопе не тесно.
— А это что, воевода?
— А это их зелье бесовское. Вот верёвку видишь? Они бы подожгли её, и стена наша на воздух взлетела.
— Вот погань! Что делать с ней?
— Тащите в город, только бережно, кто знает, что будет, если её уронить.
— А ты чего?
— А я с мужиками, подкоп обрушу.
— Завалит, выходи с нами.
— А людям, я, что скажу? "Мужики, обваливайте, а я боюсь, что завалит, потому ухожу?
Андрей только хмыкнул и увёл десяток. А воевода пошёл по татарскому ходу, замирал и слушал. Когда услышал вражий говор, вытащил топорик и срубил подпорку, потом вторую и третью, посыпался свод, он быстро отошёл назад. Так и шёл, рубил подпорки и отступал. Пару раз засыпало, но не сильно, мужики вытащили.
Когда выбрался, уже занимался рассвет. Андрей ждал у входа в подкоп.
— Отнесли в княжий терем.
— Хорошо, потом разберёмся, ну, идём.
— Куда?
— На стены, или не слышишь? Уже шумят снова.
Глава 9. Вылазка
Ночь опустилась на Козельск, и сегодня было слишком тихо. В небе не было луны, только серые тучи. Даже ветер стих, будто затаив дыхание. Идеальная ночь для вылазки. В небольшом домике у северной стены, там где пахло когда-то свежим хлебом и молоком, стояли трое. Степан и Игнат — оба по двадцать лет. Плечи узкие, но сами, жилистые, руки в мозолях от топора. Последним был Станислав. Мужчина почти за тридцать. Охотник, знающий все тропы, следы и повадки зверей. Он носил на себе кафтан, на волчьем меху. На кожаном поясе, добрый охотничий нож.