Судя по тому, что я видел в лагере Шурифон, праздник у них планировался грандиозный. Центральную площадку в отведенной для них части острова они огородили, выставив по кругу высокие шатры. Единственное, откуда можно было что-либо разглядеть, это с воздуха, но как раз сейчас высоко над нами висело несколько боевых кораблей Шурифон. Самое интересное, что периметр лагеря почти не охранялся, но если кто-либо посторонний пытался приблизиться к нему, перед ними тут же оказывалось несколько воинов и вежливо просили удалиться.
Элона, еще более довольная, чем обычно, вела меня под руку в сторону центральных шатров.
— Прямо день независимости какой-то, — рассмеялся я.
— Для нас это не просто день "независимости", — серьезно сказала она. — Это день, когда мы перестали быть собственностью тех, кто призвал нас в этот мир. Люди, алчные по своей природе. Они прислушиваются только к силе. А если чувствуют что кто-то сильнее их, обязательно ударят в спину. Ой, прости, прости, давай не будем о грустном сегодня, — она мило улыбнулась, прижимаясь к моему плечу.
— Давай, — согласился я. То, что я тоже человек они, похоже, не замечали. Или старательно игнорировали. — Слушай, я хотел многое спросить о Шурифон. Я в Сольвии совсем недавно и так мало знаю, что чувствую себя не в своей тарелке. Не хочется ударить в грязь лицом, или невзначай обидеть кого-нибудь.
— Конечно, с радостью! Спрашивай, — она смешно захлопала ресницами, глядя на меня как ребенок, готовый поделиться ценной информацией.
— Когда ты на меня так смотришь, мне становится неловко, — смутился я. Сейчас она больше походила на своих сверстниц. Особенно, когда она не скрывалась за маской бесстрашной воительницы, ведущей за собой целый клан. Что, кстати, получалось у нее очень смешно, на мой взгляд. — А что у вас намечается по части праздника? Ну, я имею в виду, как он проходить будет?
— Ничего такого особенного, — она задумалась. — Вон там, в палатках, мы будем готовить угощения. А вон там у нас будут проходить поединки воинов. Но, тебя я туда не пущу! У тебя еще нога не зажила, — сказала она это по-хозяйски, даже не сомневаясь, что будет так, как решила она. — А вечером мы разожжем огромный костер и будем танцевать вокруг него. Это так здорово! Только тебе надо переодеться.
Мы зашли в ее шатер, который к празднику передвинули ближе к центру. Одежду для меня она уже приготовили. Это были такие же широкие штаны, как и у их воинов, темно-зеленого цвета, рубашка с коротким рукавом и легкая жилетка. Наряд Элоны почти не изменился. Подобную одежду носили все девушки-воины Шурифон, разница была только в украшениях на одежде. Сегодня я впервые заметил в лагере девушек, одетых в платья. Длинные, почти до пола, с красивой вышивкой на рукавах и подоле.
Переоделся я быстро, а вот Элона переодевалась нарочно медленно, соблазнительно красуясь передо мной. Отвести взгляд от ее красивого тела было бы кощунством. Тем более после того случая в шатре… Как объяснила мне Элона, позволив мне расплести свою косу она согласилась стать моей женой. Но я, хоть убей, не помнил, чтобы делал ей предложение.
Единственной мебелью в шатре был небольшой туалетный столик с зеркалом и низенький табурет перед ним. Поэтому сидеть приходилось на полу на специальных подушках.
— Так что ты хотел спросить? — Элона примостилась рядом, облокотившись о мое плечо.
— Я хотел уточнить, сейчас кланом Шурифон управляет твой отец?
— Отец умер, когда я была еще маленькой. Кланом управлял мой брат. Он погиб защищая Серьницу.
— Прости, я слышал, что он погиб.
— Ничего. Все нормально.
— А сейчас? — я немного замялся. — Просто Вика спрашивала, не стараюсь ли я стать вашим вождем. Меня эта перспектива совсем не прельщает, вот я и волнуюсь.
— Сейчас кланом руководит мой дядя, — она лукаво улыбнулась. — Он сильный воин и хороший лидер, но он не может управлять мобильным доспехом.
— А это разве важно?
— В какой-то мере, — уклончиво ответила она.
Вика говорила, что некоторые королевства, в том числе и клан Шурифон живут по принципу, "все достается сильнейшему". Даже в Сольвии прадед Катрин сумел забраться так высоко благодаря тому, что был не только умелым политиком, но одним из сильнейших рыцарей. К тому же он породнился аж с пятью влиятельными домами, три из которых полностью вошли в состав семьи Солиги.
— Только сильный воин может повести за собой клан, — прочитав мои мысли сказала Элона. — Почему ты не хочешь быть вождем? Ты ведь еще не пробовал?