— Всё, всё, довольно горевать, крошка. Не плачь. Слышишь? Не плачь. Я с тобой теперь. Я теперь с тобой. Не плачь.
— Слышу. Слышу, — продолжая хныкать, ответила ему Кловка.
— Ну? Посмотри на меня. Чего ты так разошлась? Что обидело тебя? Она гладит его по волосам и снова уткнулась в него.
— Прости меня, Лум. Прости!
— Да что случилось, Кловка? Нашалила что-то, что ли?
— Нашалила.
— Ну давай посмеёмся над твоей шалостью вместе.
— Не до смеха тут, Лум. Прости, что так долго заставила тебя ждать.
— Наоборот, это я должен попросить у тебя прощения за то, что долго не заявлял о себе. Если ты это имеешь в виду.
Они кинулись друг к другу.
Дождик капает, и кружит волосы им ветерок. Они мокрые, но довольные. Кидают друг другу капельки дождевой воды прямо в руки, как мыльные пузыри, и ловят их, как дети. Совсем как дети.
Вот как нужно иногда дурачиться, особенно со своей второй половинкой, если она у тебя имеется.
Эта ночь не заставила себя долго ждать. Она им подарила океан приятных ощущений и впечатлений. То-то такая радость. Ещё бы.
— Ну давай теперь приступим к нашей технике.
— Давай. Сделаем селфи?
— Давай.
Они сделали несколько хороших фото и затем пошли дальше по тротуару… Делать смешные съёмки. На дождевик надели сверху костюмы клоунов, потом переоделись в костюмы медвежат, и, сочиняя на ходу свою речь, смонтировали свой клип, точнее, несколько смешных клипов, чтобы потом выложить на Ютуб. Но не для всех любителей полюбопытничать и нашептать им всякого дурного, только потому что имеют страшную зависть и ревность, не умея радоваться по-настоящему как за себя, так и за других. Вот что самое основное, неприятное, дорогой читатель. Зависть, ревность — основные наши враги.
Третья ночь сблизила наших героев, и они пообещали завтра встретиться возле тротуара, где удачно прошли их съёмки, и всё своё обсудить. А теперь им нужно разойтись по домам.
Четвёртая ночь.
Психическое состояние
Если три ночи прошли так же хорошо, словно ты поступил в желаемое учебное заведение, то четвёртая ночь обещает нечто такое, чего никогда ещё не было.
На небе нет ни одного облачка, но воздух влажный из-за вчерашнего дождика. Влажно и сыро. Хочется спокойного неба.
Итак, идёт первой, как обычно, красавица зеленоглазая Кловка с мокковыми волосами, стройной своей фигурой — можно обзавидоваться, но лучше, повторюсь, лучше этого не делать, не ревновать: будет хуже всем. Кловка сложила одну ножку на другую по привычке и молча ждёт.
— Лум! — только и успела сказать девушка в ореховом платье в горошек. — Лум. Скорее! Где же тебя носит? Лум! — успела сказать вслух и упала без чувств на самый мост, где машины. К счастью, они стоят, видя, что человек лишён чувств и всякого движения.
— Кловка! — быстро мчится её конь Лум. — Кловка! Ты что? Кловка?
Он осторожно её поднимает.
— Ты жива, малышка? Как тебя угораздило? Кловка, не пугай меня, прошу! Только не пугай.
— Лум? Где носит тебя, где?
— Я тут. Открой глаза. На себя посмотри, ты в царапинах вся. Пойдём ко мне, отдохнешь. Я тебя умою хотя бы. Попробуй встать, крошка.
Она попробовала встать.
— Сможешь идти?
— Не знаю.
— Пойдём. Возьмись за руку мою и идём. Надо перейти дорогу в нашу сторону, где всегда встречаемся, чтобы машины пропустить.
— Да, давай пропустим их. Давай пропустим. Они сели на скамейку, дойдя до тротуара.
— Здесь остановимся или где чёрная речка?
— Наверно, где чёрная речка, на этот раз.
— Я тоже так думаю.
— Но, — сказал Лум, глядя на её состояние, — на проверку тебе всё равно надо к врачу. Тебе ни капли нельзя нервничать.
— Только не это, — размахивая руками, воскликнула Кловка.
— Послушай, я тебе зла не желаю. Кто ещё о тебе позаботится, как не я сам? Кто?
— Никто, — вспыхивает тихо девушка.
— Именно, что никто, именно. Пойдём ко мне. Оставь вещи у себя, закрой на ключ, и пойдём, если тебе не трудно, ко мне. Или хотя бы тут, поблизости погуляем. Идёт?
— Идёт.
— Стой и жди меня здесь, Лум.
— Всегда к твоим услугам.
Кловка быстро зашагала домой. Переоделась в чистую одежду и, оставив вещи в прихожей, закрыла на ключ входную дверь. Вышла из дому погулять без всяких тяжестей. Лум всё ещё ждёт её.