Банда тронулась по намеченному пути, остались только пешие и больные, мы договорились с Бачевским, что мы идем в Журавку, забираем журавцев и мамоновцев и приходим сюда. Так мы пошли по намеченному пути. Бачевский и несколько бандитов нас провожали и мы их заверили, что будем в их стан не более как через 2-3 дня, заберем остальных лошадей и людей.
Пройдя в хутор Гадящий, Бачевский и бандиты отделились от нас и пошли в хутор Гадящий, мы пошли по своей дороге. Не доходя до Толочеевы, стало уже темно. Когда мы вышли на опушку соснового леса, сели закуривать, здесь я отдал наган Соболеву, а винтовку поставил у сосны. Когда мы закурили и пошли дальше, пройдя наверное с километр, а может и больше, я схватился, как будто я забыл свою винтовку и наган, я стал ругаться, а после долгого метания я им сказал «вот что, ребята, вы идите, а вернусь, разыскивать наган и винтовку». Соболев выругался и пошел вперед, а за ним остальные. Я, подойдя к месту, где мы сидели, разделся и разулся и побежал бегом на Бычек, когда я подскочил к Бычку, меня встретили сотрудники политбюро, уже отряд политбюро был в Бычке. Тогда, зная точное расположение места банды, с рассветом направил отряд на банду. Банда как раз приехала с налета и только-только улеглась спать, банда была перебита, Бачевский был ранен и взят в плен, ни один человек из бандитов не ушел, я с одним сотрудником политбюро сел на лошадь и поскакал по направлению к Журавке, доскакав до окраины Журавки, в раките остановился, сотрудник политбюро МТ повел лошадей обратно, а я пошел берегом в село Журавку, придя в сад Соболева, я встретил сестру Соболева; она мне сказала, что заходил Соболев и бандиты и пошли в лес, сказав, что будут вечером в селе. И тут же она схватила меня за шею и стала плакать, приговаривая «что вы делаете? Что вас заставляет быть бандитами? Ведь вы же прошли всю гражданскую войну», просит и уговаривает меня бросить «а если вы бросите, то бросит и Соболев». Я ей наговорил всяких небылиц, успокоил ее. Лег в саду, попросив ее принести мне поесть, а сам лежа, раздумывал, «действительно люди подумают, что я стал бандитом» и так неприятно мне стало, я решил ликвидировать эту куревскую банду и уехать в свою часть. Так прошел день, а вечером я отправился на окраину села Журавки и тут же я встретился с бандой, которая шла мне навстречу из леса. На окраине села начали играть в гармошку, собралось много парней и девок, начались пляски и танцы, пение и т. д., а спустя несколько часов я провел банду в центр села, но по прибытии в центр села кулаки Коблучка и Линцов сказали, что в Бычке был бой и некоторых бандитов, они видели, погнали на Богучар. Коблучка с волнением подскочил ко мне и стал спрашивать меня, в чем же дело, наконец, волнуясь, добиваясь от меня. Я ему сказал, что я не знаю ничего, но нам нужно принять срочные меры, надо расставить везде посты, а то может быть налет на нас, он согласился со мной. Я разбил бандитов по три человека, послал их в разные стороны, по разным проулкам, дал им пропуск и приказал быть на месте, не спать и с места не уходить при любых условиях и лишь только при появлении Красной армии открыть стрельбу и собираться в центр, имея в виду, что я лично буду проверять каждый пост и если найду в неисправности, то пусть не обижаются. Так я разослал бандитов по селу, а спустя некоторое время оставшиеся три бандита со мной, мы их изрубили и пошли по постам. Подходя с Соболевым к посту, Соболев, я и с нами сотрудник КВ бандитов на постах рубили, сперва с ними разговаривали, выбирали удобный момент и на месте их рубили. К утру мы закончили операцию полностью. 27 бандитов было уничтожено, 27 злейших бандитов было уничтожено, и я отправился в город Богучар.