– Зачем ругаться? – повторила шестая и медленно провела рукой по телу, едва прикрытым розовым полупрозрачным нарядом. Одежда если что и скрывала, так это свое отсутствие. Сквозь полупрозрачную ткань любой желающий мог насладиться видом безупречно-порочного женского тела. – Мы же можем заняться чем-нибудь более интересным.
Рука, скользящая по телу, добралась до груди и с силой сжала ее. Сладострастный стон пронесся по залу.
– Ну же! Кто из вас? – девушка похотливо изогнулась и обвела собравшихся томным взглядом. – Я не могу больше ждать!
– Хватит, Аморет! – к шестой устало подошел третий. – Прекращай. Забыла зачем мы здесь собрались?
– Ох, Отто! – шестая бросилась к третьему на шею. – Ты пришел ко мне! Давай, же сбрось все с себя, и мы…
– Что?!! – пришел Отто в неистовство и принялся отдирать от себя беспутную шестую. – Совсем одурела что ли? Да, за пуговицу от моего камзола я с десяток таких как ты куплю. Если захочу! А я не захочу! Понятно?!!
Девушка не сдавалась, пытаясь пробраться сквозь многослойные желтые одеяния, и Отто пришлось прилагать все больше и больше усилий, чтобы не расстаться с богатыми одеждами.
– Ну, и ладно, – четвертая посмотрела на разгоряченных спутников, посмотрела на разомлевших спутников, посмотрела на хозяина зала и, убедившись, что больше ей никто мешать не будет, отошла в сторонку, разложила рюкзак на полу и занялась его содержимым. Снедь с неимоверной скоростью исчезала в бездонном брюхе, но четвертая никак не могла остановиться.
Первый брезгливо перешагнул через сопящее на полу тело, бросил неодобрительный взгляд в сторону пыхтящего дуэта, улыбнулся своему отражению и направился к сидящему на троне. На полпути его остановили. Грубо. Невоспитанно. Резкий, сильный рывок за рукав камзола, и пурпурный рукав с треском оторвался.
– Что? – первый замер и неторопливо обернулся.
– Мы еще не закончили! – Нора в одной руке держала оторванный рукав, а во второй трещащий жезл. – Приготовься отвечать за свои слова!
– Ты умрешь, насекомое, – голос первого прозвучал с бесстрастной холодностью, но в глазах загорелось пламя.
Сидящий на троне кашлянул, привлекая к себе внимание, но тщетно. Незваные гости столь усердно занимались кто друг другом, а кто своими делами, что совершенно забыли о цели визита. Неприятная улыбка появилась на лице хозяина зала. Он еще раз окинул взглядом зал, и его внимание привлекла седьмая фигура. Девушка в длинном зеленом платье стояла, прижавшись к стенке, чуть в стороне от всех и с ненавистью глядела на спутников. Она не спешила принять участие в творившемся безобразии, но и предпринимать что-либо, чтобы остановить происходящее, не торопилась. Девушка выглядела ужасно. Тощая. С тонкой чуть ли не прозрачной кожей. Бледная до зелени. С синяками под безумными глазами. Волосы ее были спутаны и не ухожены. Декольтированное платье, должное показывать хоть что-то, показывало, что показывать абсолютно нечего, а то что есть – лучше и вовсе не видеть. Да, и само платье выглядело заношенным и грязным.
– А что скажешь ты? – голос сидящего на троне пронесся по зале и достиг седьмой фигуры.
– Что скажу? – она вскинулась, с ненавистью посмотрела в сторону трона. – Что тут говорить. Я ненавижу их всех.
– Почему? – едва уловимая насмешка прорезалась в голосе.
– Почему? – зашипела седьмая. Ее глаза так и впились в глаза сидящего на троне. – Потому что я бледной тенью иду за ними и ничего не могу сделать! Посмотри на Джозе!
Рука седьмой не глядя указала в сторону первого. Он вцепился в оторванный рукав и с остервенелым видом пытался вернуть утерянную часть одеяния обратно.
– Посмотри, как он выглядит. Он безупречен. А посмотри на меня? Почему он не я? Почему жизнь так несправедлива, а? Посмотри на Нору! – взгляд седьмой все также был прикован к лицу хозяина зала, а указующая рука как будто действовала самостоятельно. – Она сильна! Она могущественна!
Меж тем, вторая вцепилась в оторванный рукав и, брызгая слюной, вопила, что разденет жалкого хлюпика, а потом обваляет его в смоле и перьях.