А после только темнота, звук органа, молитвы и боль.
Я томилась в ожидании свободы, но не верила в то, что однажды выберусь из Собора.
И вот я здесь.
Открываю глаза и вижу, что осталась одна.
Мой новый повелитель, точнее, первый и единственный, исчез, оставив сложенную стопку одежды.
Натягиваю на себя белые штаны и такого же цвета майку с изображением тигра, усыпанным стразами оранжевого цвета. Снова провожу рукой по лицу и довольно ухмыляюсь. Эта одежда лишь очередная маска, под которой спрятаны все семь грехов.
Не верю, что я могу быть беспомощной. Где-то внутри, там, где отвратительно стучит сердце, есть нечто, чего не учел мой спаситель. Там бушуют страсти. Я все еще я. Сэптэм Пекката! Семь смертных грехов! И наступит день, когда я вырвусь на свободу, заливая улицы Ватикана кровью.
И снова голод. Чтобы черт побрал этого демона. Хотя он и есть черт.
Выхожу на кухню и уже самостоятельно сажусь за сервированный стол. Белые тарелки наполнены и источают тонкий аромат свинины и томатов.
— Ешь, тебе нужно набираться сил, детка. А после я свожу тебя в город.
— Не уверена, что готова к новой встрече с теми, кто так сильно желал мне смерти. Хотя, постой. Они кричали: сжечь демона, а в итоге сожгли меня.
— Всего лишь люди, Сэп. Сколько бы веков ни прошло, они остаются теми же, что и раньше. Их грехи — наша власть, их слабость — наша сила.
— Давай установим некие границы наших отношений, — я беру рукой кусок жареного мяса и с наслаждением откусываю. — Неплохо. Я бы сказала, очень не плохо.
— Ты ведешь себя как дикарка, Сэп. Потому тебе нужен я. Я обучу тебя всем хитростям человеческой жизни.
— А что после? Однажды я смогу быть свободной?
— Как только выполнишь свою часть сделки.
— Не помню, чтобы мы с тобой ее заключали. Иронично, демон пытается заключить сделку с первозданным Грехом. Ты забавный.
— Я спас тебя не по доброте душевной, — голос Велиала сквозит неприязнью. — Ты должна мне, детка.
— Что именно?
— Придет время, и ты снова сможешь совращать людей. Сначала сблизишься с ними, а после займешься тем, что умеешь лучше всего. Ты будешь шептать им по ночам о том, что жизнь может стать лучше, если, к примеру, убить кого-то. И они тебя послушают. Пойдут за тобой. Мне нужно всего лишь семь душ. Этого вполне достаточно, чтобы свергнуть с престола адского измерения Самаэля.
— Кто он? — мои зубы впиваются в омлет. — Твой враг?
— Ангел смерти, который пал однажды и был отправлен в ад в назидание остальным.
Я помню, что бывала в аду. Давно, словно в прошлой жизни, а после кто-то заботливо открыл врата.
Тогда нас было семеро, и мы слились в единое сверхмощное существо, невидимое человеческому глазу.
Семь пороков, по иронии созданных самим Богом.
Нас держали в клетках по отдельности, а после навесные замки кто-то отпер, дав нам долгожданную свободу. Помню, как мы бежали через портал. Черный водоворот у самых врат адского пекла. А после очутились в некой пустоши в Священном Иерусалиме. Тогда и решили слиться в единый поток энергии. Злой, беспощадной ярости. Но Святая Земля обжигала ноги, и мы отправились странствовать по миру, заражая людей завистью, гордыней, похотью.
— Я согласна на твои условия и благодарна за спасение, но мне нужно больше. Я не собираюсь бежать от тебя, ибо ты прав, я нечто новое в этом мире и сама не справлюсь.
— И какое условие?
— Иногда ты разрешишь мне гулять одной.
В голове зреет план. Я должна узнать то, что забыла. Как попасть в ад? Кто такой Самаэль и почему Велиал так жаждет занять трон из человеческих останков?