Стефания прошла мимо, даже не взглянув в его сторону, и она явно не просто так прогуливались. Что ей снова потребовалось в городе, Герману было не интересно, все же это ее законный выходной, но в груди все равно копошилось какое-то неприятное чувство. Девушка всегда была на шаг впереди него, даже инквизиторскую библиотеку она посетила несколькими минутами раньше. Что если за пару дней его отсутствия, она докопалась до чего-то интересного? И ведь не расскажет же, а для него это очень важно.
Как бы Герман не хотел, подавить в себе неприятный порыв обиды не удалось, и он наскоро попрощался с продавщицей и вышел из лавки до того, как ушлая девица начала задавать неуместные вопросы.
Стефания вновь его не заметила, впрочем, она уже успела превратиться в темный силуэт на фоне ярких красок улицы. Чтобы не провоцировать себя на необдуманные поступки, Герман свернул на соседнюю улицу и направился в сторону училища. Или, если быть точнее, до рейсового лайнера — прибегать к помощи телепорта еще раз не хотелось. И каково было его удивление, когда спустя несколько кварталов, он едва не столкнулся с соседкой на перекрестке. Стефания обогнала его, не поднимая головы и что-то внимательно изучая в небольшой записной книжке. На лице была растерянность, в душе смятение. Как Герман не пытался, он не мог абстрагироваться от ее эмоций, даже сейчас.
Решив немного переждать, Герман встал у лавки с цветами и, чтобы не вызывать подозрений, купил несколько ромашек.
— Эмилия?
Герман не обратил бы внимания на этот крик, если бы его не окатило волной испуга и нарастающей паники. Он поднял голову и увидел Стефанию — она обернулась на мгновение и внезапно дала деру.
— Ты же Эмилия? Подожди! — понеслось ей вслед.
От необдуманных поступков уберечься не удалось. Герман действовал быстрее, чем успел сообразить и выскочил наперерез преследователю. Вверх взметнулись покупки, купленные цветы рассыпались по мостовой.
— Простите, простите, пожалуйста, — забормотал Герман, поднимаясь с земли, но не спеша подавать руку незнакомцу. Прикасаться к чужому человеку себе дороже, но тот и не просил помощи. Сам вскочил на ноги, заозирался по сторонам, но, в конце концов, тоже сдался.
Герман осторожно просканировал его и, убедившись, что никакой угрозы он не представляет, подобрал свои пакеты.
— Это вы меня простите, — незнакомец раскланялся и помог собрать мятые цветы. — Букет вам испортил.
— Ничего, мелочи. Новый куплю, — Герман улыбнулся, внимательней присматриваясь к молодому мужчине. Сам не понимал зачем, но информация никогда не бывала лишней.
Перед ним стоял, чуть нервно перебегая взглядом с Германа на толпу и обратно, молодой человек, не намного старше Гротта. Светлые, будто выбеленные волосы немного спутались после падения, но почти сразу легли в идеальную прическу. Кожа белая с чуть заметными веснушками на носу, глаза светло-стального цвета. Типичный уроженец какого-нибудь из миров Северного сектора. Но Герману он кого-то очень напоминал, но сосредоточиться на нужных воспоминаниях не получалось.
Позади с надеждой на них смотрел торговец цветами, однако Герман не собирался обновлять букет — он собирался найти Стефанию. В отличие от северянина, который не был уверен в необходимости искать девушку, Герман помнил, куда она свернула.
— Простите еще раз, — легко поклонился он. — Надеюсь, вы не держите на меня зла.
— А? Нет, конечно, нет, — молодой человек вяло улыбнулся. Его мысли были заняты другим, он недоумевал и, кажется, испытывал что-то похожее на надежду. В любом случае, Герману было с ним не по пути.
Он устремился за Стефанией, и отыскать ее по паническому следу не представляло особой сложности.
Урок 19. Выпивая с учителем, не забывайте следить за своим языком
Девушка обнаружилась в маленьком переулочке в квартале от цветочной лавки — сидела на корточках в узком проулке между домами. Герман облегченно выдохнул:
— Вот ты где.
Девушка тихо вскрикнула и отшатнулась, пряча от него заплаканное лицо. Не удержавшись, шлепнулась прямо в пыль и жалобно пискнула. Из разодранной коленки сочилась кровь. Герман, казалось, был готов ко всему, но такая Стефания его поразила. От печального и жалкого зрелища кольнуло в груди.
— Идем, — Герман взял Стефанию за руку, помог подняться, и та безвольной куклой поплелась следом. Уже одного этого достаточно, чтобы понять — случившееся недоразумение далеко им не являлось. Неподалеку, как по заказу, нашлось уличное кафе за кованной оградой. Герман выбрал укромный столик под зонтиком в самом углу и усадил Стефанию на плетеный стул. На соседний кинул пакеты и ушел. Вернулся спустя полминуты с аптечкой и стаканом воды, рану следовало хотя бы продезинфицировать.