- Первый раз эту историю от тебя слышу. И что?
- Ну, было дело, докупали порой взамен разбитого, а мне забавно, слежу, значит. На первом году ещё прикупили дрессировщика с собачками из не особо популярной партии. А года три назад как раз чтеца этого, - указал Ульфион на обломки, - И так как Ломастер с господином Терраном приходил, значит как раз для него статуэтка.
- И что? Тягомотина какая-то. Вот что значит, людям делать больше нечего, как за другими наблюдать. Я ж к тебе по делу!
- Это у тебя даже не дела, а так, делишки.
- Но ведь хорошие деньги предлагают доплатить! – не унимается Жюстего-младший.
- Давай, я сначала предыдущий вопрос решу, а? Курьер, отсчитай оплату, как договорились, а я пару строк госпоже Элиссе черкану.
Киваю в ответ, достаю табличку «Благодарю», остальные, лежавшие на столе, возвращаю в сумку вместе с заполненной книжкой. Пока Ульфион пишет, соображаю, что самой суммы я не услышал, Элисса мне её не говорила, а текст письма от неё я не читал, что логично. Не мне же он был предназначен. Мысленно перебираю варианты… и достаю мешочек с деньгами вместе с табличкой «Вы поможете мне?» Указываю на мешочек и на текст письма.
- Ах, да, понимаю, сам отсчитаю.
Еще раз поднимаю табличку «Благодарю», а, получив как раз примерно на две трети похудевший мешочек с деньгами, достаю и табличку «До свидания».
Эту же табличку показываю и младшему Жюстего, раскланиваюсь и ухожу. Ну, как ухожу… Я, конечно, немой свидетель, но не глухой же! Дверь за собой закрыл и делаю несколько шагов на месте со всё более тихим звуком.
- Ты сам-то видел, в этих эскизах что дамы, что кавалеры в нарядах на грани непотребства? – слышится голос Ульфиона.
- А нам какая разница?
- На площади Достижений?! Во время Всемирной Выставки?! Нет уж, увольте. Есть моя часть заказа, и я его сделаю на совесть!
- Я же спрашивал, нам даже с переделкой заготовок помогут. А в верхах задним числом эскизы примут. Уговорят как-нибудь. Ты же всего лишь на одном производстве отольёшь, а на другом обстучишь и отшлифуешь. Ломастер всего лишь устроит, чтобы фигуры двигались и поворачивались. Этот, как его, который с водоканала, всего лишь установит трубы и насосы, воду подведёт, подсветку. Каждый выполнит свою часть работы и всё, готов ваш заказ.
- Не туда ты влезаешь, сынок, не туда. Это не просто система поворотных и движущихся городских фонтанов, это культура! След в истории, если проще сказать. Ориентир для будущих поколений. Мимо внимания Правящих такой номер не пройдёт, а среди них большинство по-прежнему Игзешесы. Ты знаешь, как щепетильно они относятся к традициям и тому подобной чепухе. А мы не считаемся местными, и защиты нам искать не у кого.
- И я о том же. Если ничего не менять, то ничего и не изменится…
Я, может, и послушал бы дольше, да никак. По моим часам – самое время возвращаться в дом Ломастеров. Отхожу осторожно, проношу ступню над полом и аккуратно ставлю, можно сказать «перекатываю» с пяточки на носок. А ближе к цеху готовой продукции иду уже нормально, всё равно вокруг разносится шум от основного производства.
Открываю замок и сматываю цепь на колёсниковой стоянке. Как говорится, «неси меня, железный конь». Возвращаюсь назад тем же путём, каким ехал, даже оба перекрёстка миновал без задержек, мчу прямо «на всех парах», хотя для работы моей техники этот самый пар и не нужен. Но… вот незадача – у ворот дома Ломастеров транспорт какой-то стоит. Проскакиваю мимо, успевая заметить полисменовы шапки на выходящем пассажире и на водителе. «Здрасьте, приехали!» На следующем перекрёстке останавливаюсь, с колёсника слезаю и иду по тротуару влево, качу своего «железного коня» рядом. По сути – обхожу соседский особняк. И очень надеюсь, что подозрений не вызываю. Может же курьер отдыхать от постоянных поездок и идти пешочком, если всё выполнил? Или, например, если колёсник сломался?
Да, скорее похоже на поломку, потому что моё лицо наверняка выдаёт беспокойство, ведь в голове крутится только одна мысль – как теперь быть с маскировкой при перемещениях и что может послужить убежищем?!
Глава 12 – Фантастическое допущение.
«Фантазия — это своего рода такой паровик, что дай бог только, чтобы котел не лопнул». (Иван Александрович Гончаров)