Лао Цзы говорит в Тао Те Дзинь, что когда мир был на самом деле религиозным, в нем не было святых. Когда появились святые, немедленно появились грешники. Поэтому святой не может существовать без грешника. Это означает, что они как-то связаны вместе, они часть одной реальности. Если одна часть исчезнет, то другая исчезнет автоматически.
Это подобно холоду и теплу. Пусть исчезнет тепло полностью, тогда полностью исчезнет холод. Потому что они отличаются только степенью, качество одно и то же. И святые, и грешники подобны теплу и холоду, они отметины на одном и том же градуснике. Уничтожьте одних, другие уничтожаться немедленно, они существуют как полярности. Люди продолжают спрашивать: «Если Бог — это добро, почему в этом мире есть зло?» Бог не может существовать без зла, зло есть из-за Бога. Свет не может существовать без тьмы, тьма также не может существовать без света.
Для христианства это было такой большой проблемой, на протяжении двадцати столетий христианские теологи постоянно работали над этой проблемой: если Бог хороший, то откуда берется зло? Они не разрешили ее, и никогда не смогут разрешить, потому что они не могут увидеть этой простой истины, что хорошее и плохое — это две разных степени одного и того же явления. Поэтому им приходится делить. Они говорят: «Все хорошее принадлежит Богу, а все плохое принадлежит дьяволу».
Откуда появился этот дьявол? Если дьявол происходит от самого Бога, тогда почему так много суеты вокруг этого? Он принадлежит Богу. Если дьявол отдельный источник от Бога, тогда в мире существует два Бога. Тогда не обязательно, что хороший бог победит. Вся ситуация кажется другой. Существует возможность того, что дьявол победит, потому что в девяносто девяти процентах он побеждает каждый день! Если они раздельны, тогда лучше поклоняться дьяволу, потому что иначе вы окажетесь на стороне проигравшего, если будете продолжать поклоняться Богу.
Поэтому христианские теологи не могут сказать, что дьявол — отдельный источник, они говорят, что дьявол был тоже ангелом господним, но потом ослушался. Они продолжают откладывать решение этой проблемы. Тогда откуда происходит это непослушание? Если оно происходит от самого дьявола, то он становится отделенным. Или если сам Бог предлагает это ему, тогда это становится игрой.
Когда прошлой ночью я говорил, что жизнь — это игра, и Бог играет эту космическую шутку, один друг тот час же написал письмо, говоря в нем, что это невозможно постичь то, что распятие Христа — это просто игра Бога. Распятие Христа не может восприниматься как игра Бога, в нем должен быть какой-то смысл.
Вопрос не в том имеют ли смысл какие-то отдельные вещи или нет, вопрос в том, имеет ли цель целое. Вы здесь. У вас есть цель, из-за которой вы пришли сюда, это я знаю, без цели вас бы не было здесь. У Иисуса могла быть цель, или вы можете думать, что цель была. Христине могут думать, что у него была цель. Целью было освобождение, освободить человечество от греха, который совершил Адам. Но так думаете вы. Если Иисус был просветленным, у него не могло быть никакой цели, потому что цель может быть только у невежественного. Он мог только играть. И если он думает, что все, что он сделал, обладает большим смыслом, очень серьезно, тогда у него такой же ум бизнесмена, как у вас.
Целое, космос, не может иметь никакой цели, потому что цель означает что-то внешнее. Но нет ничего внешнего по отношению к целому. И когда мы думаем, что Бог должен иметь какую-то цель, мы говорим что-то весьма абсурдное, потому что если у Бога есть какая-то цель, а он ведь всемогущ, он бы мог сделать это немедленно. Для чего тратить столько времени? Если бы у него была такая цель, чтобы человек попал в рай, он мог бы просто приказать: «Иди в рай!» Потому что если он может сказать: «Да будет свет», и появляется свет, если он может сказать: «Да будет мир», и появляется мир, почему он не может также сказать: «Пусть будет только рай», и будет только рай? Для чего тогда вся эта чепуха насчет Адама, который совершил грех, для чего Иисусу помогать людям? Для чего вся эта чепуха?
Цель в рамках целого абсурдна. Цель может существовать для индивидуального эго, потому что эго не может существовать без цели, но в космосе нет эго. Поэтому это не может быть ничем кроме как космической игрой. Даже распятие Христа — игра. Вот почему Иисус мог так легко идти на распятие, не беспокоясь из-за этого, как будто бы это был обычный спектакль, как будто бы он играл роль. Человек знания — актер, играющий представление. Каков будет результат — его не волнует. Каким бы ни был результат, все хорошо. Нет ни хорошего, ни плохого, ни внешнего, ни внутреннего, нет ни начала, ни конца, но это происходит только тогда, когда вы исчезли.