Сердце — не центр страсти, скорее сердце можно назвать центром сострадания. Человек, который живет в сердце, не может считаться страстным, но его нужно считать сострадательным. Страсть проистекает из сексуального центра, вся страсть проистекает из сексуального центра. Сексуальный центр и сердечный можно соединить, но из сердца проистекает только любовь, не страсть.
Любовь — это очень спокойный поток, не агрессивный, практически пассивный. Это очень легкий ветерок. Секс — это страсть, насилие, агрессия, в нем присутствует сила, сильная энергия, он атакует. Сексуальный и сердечный центр могут быть соединены вместе, тогда любовь становится страстной. Если сердце не соединено с сексуальным центром, то любовь становится сострадательной. Тогда любовь пребывает в своей тотальной чистоте, только тогда, если в ней нет страсти, любовь чиста. Она молчалива, пассивна, не агрессивна. Вы можете пригласить ее, но она не постучит в ваши двери. Она даже не попросит приглашения. Вы можете просить ее прийти, она может стать вашим гостем, но она не придет не приглашенной.
Любовь не может насиловать, а секс всегда насилует тем или иным способом. Даже когда официально это не изнасилование, тем не менее, это изнасилование. Вы можете приставать к человеку официально в рамках закона, но в уме всегда изнасилование остается центром. Вы думаете о том, чтобы изнасиловать другого человека, вы агрессивны и все, что вы делали до этого, просто прелюдия, чтобы достичь конца. Вот почему когда два человека женятся, прелюдия исчезает.
Когда вы встречаете юношу или девушку впервые, присутствует много прелюдии. Перед тем как вы начинаете заниматься сексом, вы много играете, поэтому секс не кажется насилием, но насилие присутствует в уме, оно в уме. В уме вы всегда думаете о завершении, все представляет собой ухаживание, соблазнение, чтобы все казалась любовью. Но чем больше вы становитесь интимными друг с другом, тем меньше прелюдии, если вы женитесь, то прелюдия исчезает. Тогда секс становится откровенным, тем, чем нужно заниматься и с чем нужно покончить.
Посмотрите на это. Если два человека на самом деле любят друг друга, тогда будет не только прелюдия, но и игра после. Если два человека не любят друг друга, то после того, как они занимаются сексом, они идут спать, они не играют после. Они не будут играть перед и после игра тоже невозможна. Потому что в чем ее смысл? Все произошло, они пришли к завершению. В уме насилие.
Сексуальному центру известно только насилие, это — центр агрессии. Вот почему военные не разрешают солдатам заниматься сексом, потому что если бы у них будут сексуальные отношения, они не будут хорошими бойцами. Агрессия движется через сексуальный центр. Если секс разрешается и солдат живет со своей женой или возлюбленной, он не будет чувствовать желания сражаться на поле битвы.
По этой причине американские солдаты везде проигрывают: за ними следуют их женщины. Они не могут быть агрессивными, потому что секс центр агрессии. Если секс разрешается, агрессия вытекает из вас, тогда вам не хочется сражаться. Поэтому солдатам нужно запретить секс, они должны подавить секс. Тогда весь секс становится агрессивным. Вместо того чтобы войти в тело женщины, они могут войти в тело других людей пулей. Но это то же самое, вход. Эти пули, ножи, ружья, просто фаллические символы: войти в тело другого, разрушить.
Тренера атлетов, которые отправляются на олимпийские игры, говорят им: «Не занимайтесь сексом, по крайней мере, две недели», потому что если вы будете заниматься сексом, то не сможете хорошо соревноваться. Откуда вам взять агрессию, чтобы сражаться, соревноваться и побеждать? Все религии по всему миру, практически все, я бы сказал, потому что только одна прекрасная секта, тантра, исключение, все религии по всему миру говорят своим монахам, чтобы они сохраняли целибат, потому что они думают, что религия — это тоже своего рода борьба. Вам нужно сражаться с собой, поэтому сохраняйте агрессивную энергию и боритесь с собой.
Секс может очень легко стать насилием, потому что включает в себя страсть, он есть насилие. Любовь, любовный центр или сердечный центр, совершенно другой. Он не насильственный, пассивный, даже не активный. Он может прийти к вам как очень молчаливое благовоние, и это тоже только тогда, когда вы пригласите. Вот почему у людей, таких как Будда или Иисус много любви, но мы не можем чувствовать их любовь, потому что мы можем чувствовать любовь только тогда, когда она очень насильственная. Мы привыкли к насилию. А любовь Будды такая молчаливая. Она проливается на нас, но мы не можем чувствовать ее, мы стали такими нечувствительными. Только тогда, когда кто-то атакует нас, мы можем это почувствовать.