Он снова двинулся вперёд, продолжая говорить:
— Доктор Беркут нашёл способ выйти за пределы индивидуального сознания. Соприкоснуться с чем-то… большим. Вы даже представить себе не можете, что открывается там, за гранью.
Анна уловила в его голосе странные нотки — смесь религиозного восторга и фанатизма. Похоже, Беркут действительно был для них не просто руководителем, а кем-то вроде гуру.
Они поднялись на третий этаж. Здесь было заметно светлее — современные светильники, свежая краска на стенах. Ничто не напоминало заброшенный санаторий. Соколов остановился перед большой двустворчатой дверью в конце коридора.
— Доктор ждёт вас внутри, — он отступил в сторону. — Одну.
— Этого не будет, — Анна крепче сжала пистолет. — Открывай.
Соколов пожал плечами и толкнул дверь. За ней оказался просторный кабинет с панорамными окнами, выходящими на лес. Современная мебель, элегантный дизайн, картины на стенах. И книги — сотни книг на полках от пола до потолка. За массивным столом из тёмного дерева сидел Александр Викторович Беркут.
— Анна Витальевна, — он улыбнулся, поднимаясь навстречу. — Я рад, что вы приняли моё приглашение.
— Где Софья Величко? — Анна направила на него пистолет, не тратя времени на любезности.
— В безопасности, уверяю вас, — Беркут жестом пригласил её сесть в кресло напротив стола. — Почему бы нам сначала не поговорить? Я так много хотел бы вам рассказать.
— Я не собираюсь играть в ваши игры, — Анна осталась стоять на месте. — Где девочка?
Дорохов, незаметно вошедший в кабинет за спиной Анны, держал Соколова на мушке.
— Может, всё-таки обыщем здание? — предложил он. — Группа готова.
Беркут вздохнул с театральным разочарованием.
— Как всё банально. Я ожидал от вас большего понимания, Анна Витальевна. Но если вы настаиваете… — он нажал кнопку на столе. — Игорь, проводи следователя Свиридову в лабораторию. Покажи ей нашу гостью.
— Дорохов, останься здесь, — распорядилась Анна. — Не спускай с него глаз. И вызови подкрепление.
Она последовала за Соколовым, который вёл её по коридору к лифту в конце крыла. Металлические двери разъехались с тихим шипением. Внутри было всего две кнопки: вверх и вниз. Соколов нажал «вниз».
— Сколько уровней под землёй? — спросила Анна, не ожидая ответа.
— Три, — неожиданно ответил Соколов. — Доктор переоборудовал старые бомбоубежища. Получилось… впечатляюще.
Казалось, лифт спускался целую вечность. Наконец двери открылись, и Анна увидела длинный ярко освещённый коридор. Стерильная чистота, белые стены, закрытые двери с небольшими окошками. Как в больнице. Или в тюрьме.
— Что это за место?
— Лаборатория трансформации, — Соколов двинулся вперёд. — Здесь происходит самое важное. Здесь личности… перестраиваются. Приобретают новую форму.
Он остановился у одной из дверей, заглянул в маленькое окошко.
— Вот, смотрите. Ваша Софья.
Анна отстранила его и прильнула к стеклу. Внутри была небольшая комната с белыми стенами. На кровати, похожей на больничную, лежала Софья. Глаза закрыты, на голове — странное устройство с множеством проводов, напоминающее шлем. Рядом с кроватью стояло медицинское оборудование: мониторы, капельницы, какие-то приборы, которых Анна никогда раньше не видела.
— Что вы с ней сделали? — Анна схватила Соколова за воротник, прижав к стене. — Открывай дверь! Немедленно!
— Она просто спит, — спокойно ответил он. — Препарат действует мягко. Никакой боли, никакого насилия. Только… трансформация.
— Открой эту чёртову дверь!
Соколов достал из кармана ключ-карту и провёл ею по считывающему устройству. Замок щёлкнул, дверь приоткрылась. Анна оттолкнула Соколова и ворвалась в комнату.
Софья лежала неподвижно, но её грудь равномерно поднималась и опускалась — она дышала. Анна проверила пульс — ровный, сильный. На руке девочки остался след от укола.
— Софья? Софья, ты меня слышишь? — Анна осторожно потрясла девочку за плечо.
Никакой реакции. Глаза под закрытыми веками быстро двигались, словно во сне. Губы беззвучно шевелились.
— Что вы ей вкололи? — Анна повернулась к Соколову, который стоял в дверях, с любопытством наблюдая за происходящим.
— «Ключ». Так доктор Беркут называет своё изобретение. Препарат, открывающий двери восприятия. Делающий сознание… пластичным. Готовым к изменениям.
— Какие побочные эффекты?
— Ничего опасного. Головокружение, слабость, иногда галлюцинации, — Соколов пожал плечами. — Софья просто видит сны. Особые сны, в которых её сознание перестраивается, обретает новую форму.