От усталости я не в силах даже оглянуться. Я таю, как свечной воск, растекаюсь лужей по полу, застываю, жду, пока меня отскребут. Меня неудержимо клонит ко сну. Сейчас бы закрыть глаза и уснуть, полностью отрешиться от мыслей, но это мое последнее воплощение. Если я не добьюсь успеха, то все начнется сначала.
– Вы здесь? – изумленно произносит Чумной Лекарь. – Обычно к этому времени вы теряете рассудок… Как вам… Что это?
Он проходит мимо меня, шурша плащом. При свете дня маскарадный костюм выглядит нелепо, вместо жуткой полуночной птицы – балаганный фигляр. Понятно, почему Чумной Лекарь предпочитает ночные визиты.
Он останавливается у стены, проводит рукой в перчатке по кусту, размазывает имена.
– Великолепно, – бормочет он, разглядывая изображение.
– Как там Серебристая Слезинка? – спрашиваю я. – Ее же подстрелили в лесу.
– Ее пришлось задержать в витке, – грустно произносит он. – Иначе ей не выжить. А так очнется через несколько часов, будто только что здесь очутилась, и повторит вчерашний день. Через какое-то время ее отсутствие заметят и в конце концов освободят. А я буду вынужден объясниться.
Он стоит, рассматривая мой рисунок, а я открываю дверь. Солнечный свет заливает лицо, согревает шею и руки. Я щурюсь, вдыхаю золотистое сияние. Еще никогда я не просыпался в такую рань, не видел, как над Блэкхитом встает солнце.
Это чудесное зрелище.
– О чем говорит ваша работа? – напряженным голосом спрашивает Чумной Лекарь?
– А вы как думаете?
– О том, что Майкл Хардкасл пытался убить сестру.
– Совершенно верно.
Поют птицы, по огороду скачут три кролика, рыжие, как ржавчина в лучах восходящего солнца. Если бы я знал, что за рассветом – рай, то не спал бы ни одной ночи.
– Мистер Слоун, вы нашли разгадку. Вы первым нашли разгадку! – восторженно восклицает он. – Вы свободны! Наконец-то вы свободны.
Он вытаскивает из складок плаща серебряную фляжку и вручает мне.
Не знаю, что во фляжке, но один глоток пробирает меня до костей, сон как рукой снимает.
– Серебристая Слезинка права, – говорю я, глядя на кроликов. – Без Анны я отсюда не уйду.
– Это не зависит от вашего желания. – Он отступает на шаг, чтобы лучше видеть картину на стене.
– Вы что, силком потащите меня к озеру?
– В этом нет необходимости. Встреча у озера – формальность. Главное – найти ответ. Вы нашли убийцу Эвелины и убедили меня в правильности вашего ответа. Теперь Блэкхит вас не задержит. Вы уснете – и проснетесь свободным.
У меня нет сил сердиться. Меня гладят ласковые ладони сна, глаза невольно закрываются. Я возвращаюсь к распахнутой двери, усаживаюсь на пол, привалившись к дверной раме, наполовину в тени, наполовину на свету. Не могу лишить себя тепла и птичьих трелей, наслаждаюсь благословенным миром, в котором мне так долго было отказано.
Отпиваю еще глоток из фляжки, отгоняю сон.
Мне предстоит много дел.
«И нельзя, чтобы вас за ними застали».
– Все это несправедливо, – говорю я. – У меня восемь воплощений, а у Анны и Даниеля – по одному. Я помню прожитую неделю, а они – нет.
Чумной Лекарь с любопытством смотрит на меня.
– Вам даровано преимущество, потому что вы пришли в Блэкхит по своей воле, – негромко говорит он, будто опасается, что его подслушают. – А они – нет. Увы, мне не позволено объяснить вам подробнее.
– Если я один раз явился сюда по своей воле, то приду еще раз. Я не оставлю здесь Анну.
Чумной Лекарь взволнованно расхаживает по комнате, глядя то на меня, то на изображение на стене.
– Вам страшно? – удивленно спрашиваю я.
– Да, – резко бросает он. – Те, кто всем этим заправляет, не терпят возражений. Даю вам слово, что после вашего ухода я всеми силами буду помогать Анне.
– Один день, одно воплощение… Вы же знаете, что на этих условиях ей никогда не покинуть Блэкхит. Мне ничего не удалось бы без острого ума Рейвенкорта, без проницательности и настойчивости Дэнса. И без смекалки Раштона, который научил меня, как вести настоящее расследование. Свою роль сыграли даже Дарби и Белл. Анне тоже потребуются все эти умения и способности.
– Те, в кого вы воплощались, останутся в Блэкхите.
– Но я не смогу ими управлять! – настаиваю я. – Они не захотят помогать простой горничной. Нет, я ее не брошу.
– Хватит! Забудьте о ней! – восклицает он, оборачиваясь ко мне и повелительно взмахивая рукой.
– Чего хватит?
Чумной Лекарь удивленно смотрит на свою руку.
– Только вы доводите меня до исступления, – негромко говорит он. – Виток за витком, воплощение за воплощением – одно и то же. Вы предаете друзей, находите помощников, погибаете ради принципов. Я видел бессчетное число Айденов Слоунов, вы бы сами себя не узнали. Не меняется лишь одно – ваше упрямство. Однажды выбрав путь, вы с него не сходите, сколько бы препятствий вам ни встречалось. Такое неколебимое постоянство очень раздражает.