– Что пожелаешь, Сонь. Я бы предложил начать с планет: Марс, Юпитер, Сатурн – апертура позволит увидеть его кольца. Можно попробовать туманности рассмотреть, но тут, скорее всего, штатная оптика не потянет, надо будет дополнительное оборудование покупать.
Соня удивленно хлопнула глазами уже на «апертуре», а после могла только со всевозрастающим изумлением слушать рассказы Олега о тех небесных телах, что он показывал ей в телескоп. И бог с ними, с планетами: их еще в школе проходят – но сегодня она узнавала о галактиках «Вертушка», «Сигара» и безымянных NGC 2207 и IC 2163.
– Две спиральные галактики, которые проходят мимо друг друга по касательной, – объяснял Олег про два ярких звездных скопления в созвездии Большого Пса. – Они были открыты еще в тысяча восемьсот тридцать пятом году. Более крупная и сильная NGC 2207 зацепила проходящую мимо IC 2163 и изменила ее форму, выбросив газ и звездные потоки в ее сторону. Потоки протянулись на сто тысяч световых лет. В результате образовался космический объект, похожий на глаз. На мощном телескопе мы бы увидели с тобой два таких глаза с «веками» из огромного числа новорожденных звезд…
– Ты еще и в астрономический кружок ходил? – не выдержала Соня давления его эрудированности, но тут уже Олег посмотрел на нее со столь явным удивлением, что его было заметно даже при свете восходящей луны.
– Я же учусь на кафедре астрономии, – сообщил он таким голосом, как будто Соня должна была это знать. Но нахмурилась она совсем по другой причине. И даже голову склонила набок, не понимая.
– Какая нелегкая тебя туда занесла?
Олег усмехнулся ее привычной категоричности. Да, Соня умела формулировать вопрос так, что был отлично понятен его истинный смысл. И все же он ответил ровно на то, что прозвучало:
– Куда хватило баллов по ЕГЭ, – старательно изобразил простофилю он. – Но, между прочим, оказалось, что это весьма занимательная специальность. Куда занимательнее, чем какая-нибудь там математика или строительство.
На кого намекал Олег, Соня не поняла. Но это ее и не интересовало.
– Ты же мечтал стать актером, ты сам мне говорил! – напомнила она, как будто он мог это забыть. – У тебя все данные для такого будущего! Почему ты не поступил в театральный?
Он набрал было в грудь воздуха, чтобы огласить привычную для всех версию, но Соня его опередила.
– Только не говори, что экзамены завалил! – отрезала она и снова свела брови, предупреждая ложь. – Ни в жизнь этому не поверю! С твоей упертостью ты бы измором взял преподавателей, но учился бы там, где хотел! И где должен был с твоим талантом!
Олег посмотрел на нее исподлобья. Забавно, что его разгадала именно она – девчонка, с которой он был знаком всего три месяца. Все остальные, даже самые близкие, поверили в то, что он не прошел экзамен по актерскому мастерству.
Ну да, не прошел. Первым в списке зачисленных был. А потом пришла беда.
Но стоило ли жаловаться на свои неприятности Соне? Или с нее довольно его недавнего позора?
– Не скажу, – наконец решился он и усмехнулся, – раз уж так вышло, что ты лучше всех меня знаешь. Поступил, верно. Но учеба в театральном требовала слишком много сил и эмоций, ее невозможно было совмещать с работой, а на астрономии с этим проблем нет. Пришлось выбирать.
Соня слушала его с абсолютным вниманием.
– И почему ты выбрал работу? – напряженно спросила она. – Машина есть, квартира есть; не из-за шоколадок же ты от мечты отказался?
Олег качнул головой: Сонечку не проведешь.
– Не из-за шоколадок, – снова согласился он. – Нужны были деньги тетке на лекарства. Не разовая выплата, а постоянная закупка для поддержания ее жизни. Мать на пенсии ухаживает за ней, а это мой взнос в семейный бюджет. Только, ради бога, жалеть меня не надо, ладно, Сонь? А то с тебя станется.
Она подавила рвущийся на волю длинный горький вздох. Черт, как же несправедлива была судьба, сыгравшая с Олегом столь злую шутку, и как злили Соню эти обстоятельства, вынудившие его отказаться от мечты! Так и хотелось заявить ему об этом в глаза, поддержать, заставить услышать ее!