По счастью, и с Лерой все довольно просто уладилось: она не стала припоминать Олегу фарс на отборе и с удовольствием влилась в мужской коллектив. Дерзкая, находчивая, остроумная, начисто лишенная комплексов из-за своей внешности и дикции, она моментально оживила атмосферу, и парни, поначалу бросающие косые взгляды то на нее, то на совершенно явно спятившего капитана, вскоре признали собственное заблуждение и отдали Лере должное как вполне себе достойному боевому товарищу. Пришлось, правда, почти полностью пересмотреть стиль игры «Шунут-камня», лишившегося романтической героини и обретшего этакого парня в юбке, но этот образ неожиданно пришелся всем по душе, и шутки писались весело, и обстановка была легкой и очень дружественной, и недавние долгие и искренние аплодисменты на игре стали лучшим подтверждением правильности сделанного выбора.
Домой, правда, Олег возвращался выжатым, как лимон, совершенно без эмоций и без сил, падал на кровать и засыпал без снов, чтобы на следующий день извлечь из недр улыбку и не испортить праздник тем, кто выбрал его для столь важного момента своей жизни. Заказов на удивление становилось все больше, и Олегу иногда даже приходилось отказывать в своих услугах, чтобы не уснуть прямо на сцене или очередном торжестве, но госпожа Михеева, разумеется, была вне конкуренции. И сейчас Олег в последний раз прогонял в голове сценарий, чтобы нигде не допустить ошибки и не подставить ни заказчицу, ни себя. Наверняка владелица «Белого платья» повидала на веку столько разных ведущих, сколько Олегу могло бы разве что присниться в кошмаре, и ему будет трудно чем-то ее удивить. И все же он постарается. Он перелопатил убийственное количество конкурсов и развлечений, выбирая подходящие, а потом еще до изнеможения прогонял собственную роль, подбирая правильные интонации и уместные слова, и все равно знал, что без сюрпризов не обойдется. Всегда найдется человек, а то и целая компания, которая лучше ведущего знает, что и как надо делать, и не считает его профессию хоть сколько-нибудь уважаемой, и именно с ними обычно приходилось сложнее всего, когда надо спасать торжество и в то же время нельзя опускаться до их уровня. Вот тут-то и выручал КВНовский опыт и умение импровизировать. Что ж, Олег выполнил перед выездом все ритуалы, чтобы не спугнуть удачу, и имел право надеяться, что та от него не отвернется.
Торжество, вопреки статусу юбилярши, намечалось весьма скромным: всего около тридцати человек. Самые близкие родственники, подруги, коллеги. Олег в преддверии праздника побеседовал почти со всеми, чтобы утвердить их роли и заручиться их поддержкой. И сейчас подъехавшие чуть раньше гости уже заняли свои места: дамы – за столами, мужчины – перед входом в ожидании госпожи Михеевой. Олег еще переглянулся со своим диджеем, и тот кивнул, заверяя, что все будет пучком. Олег усмехнулся, нисколько, впрочем, не сомневаясь в его словах.
С диджеем Олегу повезло. Пару лет назад того попросили из театрального оркестра за неподобающий вид, ибо Эдик, несмотря на пятый десяток, напрочь отказывался вылезать из рваных джинсов и футболок с вызывающими принтами, и администрация театра решила вопрос радикальным способом. Олегу, которого прослушать Эдика попросила матушка, было глубоко фиолетово на его внешний вид, зато Эдикову виртуозную игру на синтезаторе он оценил сразу, как и весьма скромные запросы: карьера начинающего ведущего не позволяла Олегу излишнюю расточительность. Кроме того, они вполне себе сошлись характерами, а Эдик, отвоевав свое право на любимый наряд, в остальных предпочтениях с Олегом не спорил и всегда четко следовал проработанному им сценарию. И, едва по коридору застучали каблуки именинницы, он заиграл вальс из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь» – одну из любимых мелодий госпожи Михеевой.
Этот момент Олег выяснял не у нее, а у ее матери, надеясь сделать виновнице торжества приятный сюрприз, и теплая благодарная улыбка, появившаяся на ее губах, стала для Олега добрым знаком. Тут же один из мужчин сделал шаг вперед и пригласил госпожу Михееву на танец. О том, что она хорошо вальсирует, Олег тоже узнал от Лидии Семеновны, с нежностью и легкой грустью смотревшую теперь на дочь, которую приглашал один мужчина за другим, пока не подошла очередь ее мужа. Господин Михеев, протянув жене белую лилию, привлек ее к себе и закружил по залу, а Олег тем временем самым проникновенным голосом прочитал стихотворение о необыкновенной, гордой, прекрасной женщине, как нельзя лучше подходившее госпоже Михеевой. Невысокая, хрупкая, исполненная достоинства, в светлом брючном костюме, она походила на совсем юную девочку, а искусно уложенные гладкие черные волосы снова не давали Олегу покоя. Только раз он видел похожее богатство и слишком хорошо помнил, какое оно на ощупь. Вот же черт: когда уже отпустит? Нет, права мать: ему надо отдохнуть. Хоть на неделю вырваться из всей этой человеческой суеты, уйти с палаткой в лес, вытрясти там, в тишине и покое, всю нынешнюю дурость – и вернуться обновленным. Кайсаров же звал на майские праздники, но Олег тогда зарабатывал деньги: в отличие от Марата, те были ему нужны не на карманные расходы. А летом и вовсе горячая пора свадеб, надо будет ковать железо, пока горячо. Значит, придется справляться с тем, что есть. И чем быстрее он это сделает, тем лучше.