Внутри что-то остановилось и заморозило новым осознанием. Она же сама его бросила. Освободила территорию, да еще и табличку повесила, что уезжает. Уезжает за границу, все решив и не дав Олегу шанса что-то исправить. Какая безумная спесь подсказала ей, что после этого он бросится за ней и станет умолять остаться? Когда Катька подтвердила, что Соня уже едет в аэропорт и что для нее все решено, у Олега не осталось ни единого повода хранить ей верность. Вряд ли он мог рассчитывать, что Соня станет хранить ее в Швейцарии. И нашел способ скрасить горечь расставания.
Длинный гудок в телефоне оборвался так же резко, как у Сони оборвалось сердце. Слишком ярко вдруг представилась их постель, смятые простыни, страстный шепот, срывающееся дыхание – и не она в Олеговых объятиях. Другая девица, которая ловит его губы, касается его кожи, вжимается в его грудь собственной грудью, обхватывает его бедра ногами, принимает его в себя, присваивая себе и навсегда отнимая у Сони, – потому что она сама отказалась! Сама уехала! Сама решила, что он ей не нужен! Серьезно думала, что он надолго останется один? Будет страдать, переживать, думать только о Соне и искать способ ее вернуть? Когда вокруг столько девчонок, готовых на все ради толики его внимания? Соня еще при первой встрече поняла, что такой парень вряд ли долго бывает один. И что бы он ни говорил о том, что он хочет только Соню…
«Абонент выключил телефон или находится вне зоны действия сети», – сообщила ей бесчувственная барышня на другом конце провода, и Соня выдохнула со стоном, убедившись в своей правоте. Что, надоело слышать звонки от бывшей любовницы? Решил избавиться от нее таким избитым способом? Так не получится! Раз не соизволил снять трубку, Соня домой к нему приедет! Все равно на самолет опоздала, так хоть в лицо ему посмотрит и выскажет все, что думает по поводу его вероломства и подлости! Это Соня умела, тут мало не покажется! Она никому не позволит вытирать об себя ноги! Даже парню, которого так жадно и беззаветно любила и которого никогда не сможет разлюбить…
Глаза заволокло слезами так, что Соня едва нащупала ручку, чтобы выбраться из туалетной кабинки и кинуться к дверям. Кажется, на кого-то налетела по дороге, но ей было все равно. Если она увидит Олега с другой девчонкой… Если поймет, что он все ей врал, а она ему так верила… Если убедится, что нет на самом деле никакой любви…
Еще одна ручка и следом шторы, которые Соня едва не сорвала, выдираясь из темного закутка на свет. Закрутила головой, вспомнив, что где-то здесь должна быть Катюха…
…и замерла, пересекшись взглядом с зелеными взволнованными глазами любимого парня…
45
Олег знал, что все уже бесполезно. Что он безбожно опоздал, и Сонин самолет оторвется от земли через какие-то пять минут, и она давно уже в салоне, а мыслями – и вовсе в своей проклятой Швейцарии; и одинокая Сорокина у стоек регистрации на рейс мигом убила последнюю, неизвестно каким образом теплившуюся надежду на чудо. Руки опустились, и ноги словно бы налились свинцом, и Олег просто не мог отвести взгляда от встрепенувшейся увидевшей его Катерины, признавая свое полное поражение, и не сразу понял, почему она вдруг замотала головой, замахала руками и бросилась к нему, указывая куда-то в сторону.
– Пойдем! Пойдем скорее! – вцепилась она ему в рукав, но потянула вовсе не к стойкам регистрации, а куда-то в сторону, и Олег тряхнул головой, пытаясь хоть что-то сообразить.
– Кать, я не мог раньше… – непонятно что и зачем попытался объяснить он, но она и не думала слушать. Дотащила его почти до высоких темных штор, за которыми в Кольцово, кажется, скрывались уборные, и сунула в руку ручку чемодана на колесиках, который тоже везла за собой. Сониного чемодана. У Олега наконец прояснилось в голове. – Она не улетела?
– Да нет же! – выдохнула Катерина и махнула рукой на шторы. – Там пропала. Сейчас выведу на волю.
Но Олег в ответ только всучил ей попискивающую Шарлотту и решительно зашагал к шевелившимся шторам, не думая о том, как собирается проникать в женский туалет. Зачем, если Соня не удалялась сейчас от него со скоростью восемьсот километров в час, а была совсем рядом, совсем близко, всего лишь за этими шторами, и он не опоздал, и есть шанс хотя бы…