В отличие от матери, отец и Ритка уже были знакомы с Олегом лично и даже установили весьма теплые отношения. Отцу, правда, туго пришлось в споре с Сониным упрямцем за Сонино же содержание. Олег привычно и слышать ничего не хотел о Бессоновской материальной поддержке, но отец оказался не промах и заявил, что до тех пор, пока Соня не встала на ноги и не устроилась на работу, ее содержание – его родительский долг. Соня в дебаты не вмешивалась: она и без отцовской помощи ни в чем не нуждалась, но в случае его победы над Олегом знала, куда потратит лишние деньги. И не преминула поделиться идеей, когда вечером любимый парень отрядил последнее решение ей самой.
– Я слова не скажу, Сонь, честно, – пообещал Олег, прижав ее к себе и уткнувшись так знакомо в висок, как всегда делал, когда переживал и нуждался в Сониной поддержке. – Может, твой отец и прав, и для него дать эти деньги такой же вопрос чести…
– Как для тебя – не взять их? – понимающе закончила за него она и нежно потерлась щекой о его щеку. А потом перевела разговор как будто бы совсем на другую тему: – Я изучала информацию о болезни Ирины Юрьевны. В Москве делают платные операции по ее профилю, и без особой волокиты. Надо только иметь при себе необходимую сумму. Примерно такую, как стоимость моей машины и годовое отцовское содержание. Ну и плюс твои часы, – добавила весело она, желая разрядить напряженную обстановку, – раз уж тебе так неймется от них избавиться.
Олег тогда просто онемел, и Соне пришлось очень постараться, чтобы он согласился хотя бы в мыслях допустить такую возможность. Соня видела, как бьется у него в душе необходимость справиться с проблемой самому с острым желанием помочь тетке прямо сейчас. И она не собиралась позволять побеждать ложной гордыне.
– Пока ты договариваешься со своей совестью и придумываешь необидные объяснения, почему не можешь взять мои деньги, я кое-что тебе расскажу, – улыбнулась она и крепко сцепила руки у него на шее. – Я ведь неслучайно тогда разговор о твоей маме и Эдуарде завела. Я после еще присматривалась к ним и утвердилась во взаимности их чувств.
Олег раздраженно передернул плечами, но Соня и не думала смущаться.
– Какое отношение?..
– Самое прямое, – не слушая, продолжила она. – Твоя мама ни за что не оставит сестру и не обременит другого человека своими заботами. Она такая же, как ты, Олег, и потому отказывает себе в личном счастье. А мне очень хочется… чтобы она наконец себе его позволила. Ну… мне нравится Полина Юрьевна, правда. А машину ты мне когда-нибудь новую купишь. Сейчас-то нам зачем две – в один университет ездить?
На это не нашлось, что возразить, даже ее находчивому парню. И сегодня на их свадьбе в качестве почетных гостей будут обе сестры, причем одна из них – с другой фамилией.
– Ты тоже отлично выглядишь, Рит, – улыбнулась Соня младшей сестре. – И похорошела за последний год: я б тебя на улице и не узнала. Нашла себе в Женеве кавалера? Или они там все глаза порастеряли?
Сестрица махнула рукой и пробормотала в адрес одноклассников какое-то ругательство, из чего Соня немедленно сделала вывод, что она попала в цель. Настроение, и без того отличное, уверенно поползло вверх. Она обязательно выпытает у Ритки, что там за шалопай пленил ее сердце, и даст самые нужные и самые правильные советы. Матушке-то точно не до Риткиных переживаний. Она по-прежнему видела только себя.
Начать расспросы прямо сейчас Соне не позволила вошедшая бабушка. Она уже видела внучку в свадебном платье, успела сентиментально утереть пару слезинок, благословила Соню на новую жизнь и не преминула порадоваться тому, что «Сонечка не упустила свою судьбу». Сейчас она таинственно прикрыла за собой дверь, а потом достала из кармана фартука маленькую вязаную куколку в разноцветном сарафане и с длинной косой. Протянула ее Соне.
– При чужих такое не дарят, Сонечка, поэтому прими сейчас, пожалуйста, – очень мягко проговорила она. – Защитный оберег – для семьи, для дома. Знаю, что вы с Олегом и так любовь свою сохраните, но все же не побрезгуй. Хочется мне знать, что я дала тебе все, что в моих силах.
– Конечно, дала, бабуль! – улыбнулась Соня и с нежностью ее обняла. Ох, только бы не расплакаться от неожиданно накатившего волнения. Не хватало еще пугать Олега в день свадьбы!