Еще бы Полина не была так беззаветно влюблена в этого своего так и не забытого любовника.
– Олег в курсе? – сквозь зубы поинтересовался он, истово желая, чтобы это было так. Хотя Полька ни разу не позволяла себе солгать. И тут тоже порадовала:
– Конечно! – без всякой заминки ответила она. – Я попросила его прийти вечером на ужин, и он не отказался. Я… волнуюсь, правда, очень, не представляю, как они будут… Олег-то уже взрослый совсем…
– Вот именно, взрослый, – подтвердил Эдик, немного сбросив шаг и позволив Полине спокойно идти с ним рядом. – Разберется без твоего наседничества. Он всяко лучше тебя знает, что ему нужно, а что нет.
Она кивнула, но следом опустила голову и горько вздохнула. Эдик остановился и настороженно посмотрел на нее. Если хочет сказать, что ему больше нет места в ее жизни, пусть сделает это сама. Он в этом деле помогать ей не станет.
И все же процедил сквозь зубы:
– Что?
Полина отвела глаза.
– Боюсь, – что-то настолько не в его настрой сказала она, что Эдику пришлось тряхнуть головой, чтобы сообразить, о чем она вообще. – Я же решила, что сумею заменить Олегу отца, и ни разу даже не попыталась дать ему настоящего. А если он думает по-другому? Если считает, что я была не права, а теперь с приездом Антона получит тому подтверждение? Вдруг не простит мне этого выбора и не захочет понять?..
Голос ее на секунду сорвался, и Эдик уже не устоял. Плюхнул пакеты на асфальт и привлек Полину к себе. Заключил в кольцо крепких объятий, убеждая, что она не одна и что он всегда ее поддержит. И Олегу мозги вправит, если потребуется.
Полина тут же обхватила его за пояс и ткнулась лицом в плечо. Задышала быстро, отрывисто, а Эдика, напротив, немного отпустило. Все-таки у него ищет защиты, а не у этого своего Антона. Может, и прошла там любовь за столько-то лет? А он все ее прежним отказом живет?
– Поль, ты не кипиши раньше времени, – чуть растроганно посоветовал он. – Олег у тебя парень хороший, без дури всякой в голове и сердце; он тебя даже в мыслях не обидит. К тому же ты дала ему все, что только могла…
– Антон мог дать больше, – снова вздохнула она. – Он сейчас директор театра, он бы не позволил ему загубить свое будущее из-за нас с Иришей…
Эдик поднял глаза к небу и покачал головой. С этой темы Польку невозможно было свернуть.
– Ему еще даже не двадцать два, Поль, – призвав все свое терпение, напомнил он. – У него вся жизнь впереди. Куда захочет, туда и пойдет. Хоть в театр, хоть на телевидение, хоть в обсерваторию младшим научным сотрудником устроится, чтобы себя попробовать. Зато знает, что это только его желание, а не папочкино и мамочкино. И вообще почему только я вижу, что твоему сыну не надо никаких поблажек от судьбы? Он как настоящий мужчина всего добился сам, и еще добьется, тем более теперь, когда Ирина пошла на поправку и ему не надо будет все время на нее оглядываться.
Только закончив, он заметил, что Полина смотрит на него снизу вверх с каким-то обожанием, на которое он совсем не рассчитывал. Резко выдохнул, чувствуя, как мысли начали разбредаться, а Полина еще и сжала его руку и поднесла ее к губам.
– Спасибо! – с самой глубокой искренностью прошептала она, и Эдик снова прижал ее голову к своему плечу.
– Ладно, чего там, – усмехнулся он и поцеловал ее в висок. – Любишь ты, Полька, на пустом месте проблемы сочинять, а потом их же и пугаться. А они выеденного яйца не стоят, на самом-то деле.
– Они не стоят выеденного яйца, когда ты их разгоняешь, – неожиданно ему в плечо призналась Полина и потерлась щекой о его щеку. – Не знаю, что делала бы без тебя все это время. С ума бы сошла – и от проблем, и от самой себя. Как ты меня выносишь, ума не приложу.
После этих слов оказалось совсем уже невозможно отговаривать себя от того, чтобы завладеть ее губами – настойчиво, непререкаемо, абсолютно абсурдно – во дворе, под окнами ее квартиры, где ждал возвращения матери своего сына незабвенный Антон Мещерский. Но он ждал двадцать два с половиной года, подождет и еще пару минут. А Эдику нужна была эта уверенность в том, что Полька не вычеркнула его из собственной жизни из-за возвращения блудного любовника.