Расстались они весьма тепло, и позавчера Антон побывал уже в гостях у Олега. Полина, как ни странно, отнеслась к этому решению очень спокойно, не ломая весь вечер в одиночестве руки и не думая о том, чем закончится эта встреча. И никак не ждала, что на следующий день к ней в гости примчится Соня и учинит самый настоящий допрос.
– Полина Юрьевна, вы только не обижайтесь, пожалуйста, – с ходу начала она, обосновавшись на кухне за чашкой кофе, – но вы же знаете, что я не умею юлить и всегда в лоб все говорю…
– Знаю, – улыбнулась Полина, догадываясь, о чем и о ком будет разговор, и радуясь, что не испытывает и крохи замешательства от грядущих вопросов.
– И что я на вашей стороне, тоже знаете? – уточнила Соня, и Полина снова подтвердила свою осведомленность. Соня прошлась по кухне, изучая собственные пальцы, а потом шумно опустилась на стул.
– Он, конечно, очень красивый, – настолько по-девчачьи начала она, что Полина с трудом удержала смешок: оскорблять Сонечку собственным высокомерием она никак не планировала. – Я бы даже сказала, породистый, – продолжила уже в своей обычной манере Соня. – Уверенный в себе. Обходительный. И обаятельный сверх всякой меры. И у него, наверное, совершенно нет недостатков…
– Не бывает людей без недостатков, – уже не совладала с непонятным весельем в душе Полина. Она отлично понимала, куда Сонечка клонит, и не видела необходимости слишком долго держать ее в неведении.
– И в него почти невозможно не влюбиться, – все же продолжила гнуть свою линию Соня, однако уже куда внимательнее посмотрела на Полину, очевидно услышав в ее интонации ответ на свой вопрос.
– Почти, – подтвердила Полина. Сонин взгляд стал еще более проникновенным.
– И вы однажды уже не устояли перед ним, – напомнила она. Полина пожала плечами.
– Был такой грех, – улыбнулась она. – Но ты же не станешь меня в нем упрекать?
Соня на мгновение осеклась, однако следом мотнула головой. В ее глазах не было ни смешинки.
– Если вы об Олеге, то нет, не буду, – правильно поняла ее она. – Но сейчас речь не о нем.
– Об Эдике, не так ли? – опять не дослушала ее Полина, и теперь кивнула Соня.
– Я целый месяц радовалась за вас обоих, – с привычной откровенностью сказала она. – Вы бы видели себя, Полина Юрьевна, после возвращения из Москвы: вами полгорода осветить можно было! Я знаю, о чем говорю, и понимаю, что вы тогда чувствовали. И если сейчас рядом с отцом Олега вы ощущаете то же самое, я слова не скажу. Но если это не так, тогда вам стоит хорошо подумать, прежде чем рушить настоящее в угоду своей прежней увлеченности, пусть даже вы хранили ей верность половину жизни!
У Полины брови взлетели вверх. А она почему-то была уверена, что Соня все поняла.
– Кто внушил тебе, Сонечка, что я собираюсь снова сойтись с Антоном? – вопреки своей привычке деликатничать и скрашивать, прямо спросила она. Соня прищурилась и подняла чашку с кофе. Однако ко рту не поднесла.
– Это не так? – вопросом на вопрос отреагировала она. Полина покачала головой со всей искренностью. Соня поставила чашку обратно на стол. В ее глазах появилось совершенно Олегово упрямство. – Вы извините меня, Полина Юрьевна, – без тени раскаяния продолжила она, – но вчера у нас в гостях Антон был весьма категоричен в отношении вас и говорил о вашем с ним воссоединении как о свершившемся факте. Я решила…
– Подожди, – нахмурилась Полина и тоже поставила кофе на стол. – Ты уверена, что ничего не путаешь, Сонечка? Мы с Антоном ни разу даже не касались подобной темы, и я даю тебе слово, что не давала ему повода думать, будто он по-прежнему интересует меня как мужчина.
– Я ничего не путаю, Полина Юрьевна, – зеркальным тоном ответила Соня. – Когда человек радуется, что судьба подарила ему второй шанс, и дает себе слово распорядиться им с куда большим умом, чем первым, сложно сделать неправильные выводы. А я, надеюсь, доказала, что мне можно доверять.