– Попробую Сонечку подключить, – будто бы самой себе пообещала она. – У нее это точно быстрее получится.
Антон бросил на нее быстрый взгляд, потом чуть помедлил, но все же покачал головой.
– Это второй момент, о котором я хотел с тобой поговорить, – начал было он, но официант, принесший зеленый салат с тигровыми креветками в кляре, заставил его временно сменить тему. – Я заказал за нас обоих, не возражаешь?
Полина не любила креветки и, несомненно, нашла бы в меню столь пафосного ресторана нечто, что пришлось бы ей по вкусу, но сейчас не хотела обижать Антона, с которым они неожиданно оказались по одну сторону баррикад. В отличие от – столь же неожиданно – Эдика, который обычно понимал ее как самое себя, а сегодня обидел до глубины души недоверием и глупым вызовом.
Правда, он-то как раз никогда не ставил свои желания выше Полининых. Семь лет нелюбимый кофе пил, только чтобы ее не смущать. А она в ответ первое его требование в свой адрес отвергла, да еще и так категорично, что вряд ли он когда-нибудь захочет повторить попытку.
Вот только это почему-то совсем не радовало.
Наверное, она что-то ответила Антону про салат, потому что он вернулся к предыдущей своей мысли, и вот она уже выдернула Полину из размышлений об Эдике.
– Ты же понимаешь, что Олегу в театре будет совсем не до личных отношений, – весьма проникновенно проговорил он и разрезал хрустящую креветку, заставив Полину вздрогнуть от неожиданности. – Ему надо будет и учиться, и работать одновременно, и все это требует больших душевных сил и эмоций, а девушка станет отвлекать, диктовать, высасывать, не позволяя ему по-настоящему раскрыться и не давая как следует отдохнуть…
– От Сони Олегу не надо отдыхать! – ошеломленно прервала его Полина и вернула на стол уже взятые было в руки вилку и нож. – Она его отдушина и его вдохновение! И она почти член нашей семьи!
Антона, однако, нисколько не смутила ее пылкость.
– Почти, – спокойно уточнил он и отправил в рот кусок креветки, как будто говорил сейчас о покупке билетов в театр, а не о жизни собственного сына. – Но все же не член – и слава богу, потому что в нынешних реалиях это было бы весьма прискорбно. Олегу нужно сосредоточиться на карьере, потому что великими актерами не становятся, даже имея самый необыкновенный талант. Это огромный труд, Полина, иногда просто выматывающий, и мы же не хотим, чтобы из-за своего увлечения он лишил себя будущего?
Полина категорично покачала головой. В том, что Олег не откажется от Сони даже ради съемок в американском блокбастере, она не сомневалась. В том, что это правильный выбор, она была абсолютно уверена. Сонечку им всем послали небеса, и Полина скорее сама пойдет просить директора любимой Музкомедии, чтобы тот взял Олега в труппу, чем хотя бы заикнется о расставании с Соней.
– Он еще очень молод, Полина, – очевидно почувствовав ее настроение, принялся уговаривать Антон, – и это его увлечение быстро пройдет. Найдет себе другую, и не одну, когда встанет на ноги…
– Давай закроем вопрос по Соне, Антон, – категорично прервала его Полина. – Это не увлечение, и ее роль в жизни Олега не подлежит сомнению. И если ты не хочешь окончательно разругаться с сыном…
Антон вздохнул и, тоже отложив приборы, снова взял Полину за руку.
– Я ничего не имею против Сони, – очень мягко и убедительно проговорил он. – Поверь, я вижу, что она хорошая девочка и, несомненно, влюблена в Олега, но она будет ему только мешать, даже если сейчас он думает иначе. И потом, эти юношеские увлечения, они никогда не доводят до добра. Поверь, я знаю, я сам так женился по молодости лет, а потом, когда любовь прошла, оказался в западне. Дети, полностью зависящая от меня женщина, к которой не осталось никаких нежных чувств, но которую совесть не позволяла бросить на произвол судьбы… Я метался между семьей и сценой, тратя эмоции вовсе не на то, на что мог бы, и в итоге, как видишь, упустил шанс оставить свое имя в истории…