– Вот с Олегом мне никакой тест не нужен, – заявил он и, протянув руку через стол, погладил освободившиеся от вилки пальцы Полины. – Ты сделала для меня то, чего я столько лет ждал от жены, но так и не дождался. Не знаю, как благодарить тебя за сына и за новую надежду, которую я уже не чаял обрести.
– Новую надежду? – напряглась Полина, снова вспомнив Сонино предупреждение, и отняла руку, чтобы взять бокал. Пить она не хотела, но все лучше, чем позволять чужому мужчине столь интимные прикосновения.
– На продолжение театральной династии, – улыбнулся Антон и, подняв свой бокал, задел им Полинин, словно отметив тост. Сделал большой глоток, а Полина едва пригубила, с грустью глядя на почти не начатое Антоном основное блюдо. Закончить этот ужин хотелось все сильнее. Хоть бы Ирина позвонила, вопрос какой-нибудь задала, чтобы Полина пообещала немедленно приехать и устранить даже несуществующие проблемы. Но телефон молчал, и повода откланяться до десерта у Полины не было. А наглости просто уйти от опостылевшего собеседника и вовсе никогда не имелось.
О чем после так горячо рассказывал Антон, Полина даже и не вспомнила бы. Вдруг оказалось, что ей совершенно не интересна жизнь человека, в которого она двадцать лет была якобы влюблена. Может, потому и думала так, что совершенно его не знала? Во время предыдущего их свидания – тоже в ресторане, хотя и куда менее пафосном – Полина любовалась своим кумиром, не в силах поверить счастью его внимания, и тоже не слышала ни слова. Впрочем, тогда ее не смогла бы отпугнуть и самая ядреная ересь из его уст. А нынешний жизненный опыт настойчиво советовал держаться от подобного человека подальше. И тем более не позволять портить жизнь единственному сыну этому фанатику, для которого главным была фамилия, а не носящий ее человек.
И какое счастье, что у Полины давно к нему все отгорело. В ином случае она могла бы наделать куда больше глупостей, чем сейчас.
Когда она наконец позволила себе взгляд на часы, те показывали пять минут десятого, и это стало отличной причиной, чтобы засобираться домой.
– Большое спасибо за чудесный вечер, – извиняющимся тоном объяснила Полина и уверенно поднялась из-за стола. – Но мне нужно помочь Ирише сделать перед сном гимнастику.
На лице Антона появилось не столько разочарование, сколько раздражение.
– А без тебя никак нельзя обойтись? – по-прежнему сидя поинтересовался он. – Мне кажется, твоя сестра вполне способна самостоятельно о себе позаботиться, и сегодня у тебя отличный повод намекнуть ей на это.
Полина покачала головой: Ирину Антон тоже совершенно не знал. Что не мешало ему категорично о ней судить.
– Если бы не Ириша, нам с Олегом пришлось бы очень трудно, – попыталась было объяснить Полина, но Антон только нахмурился.
– Жаль, что за все эти годы тебе даже в голову не пришло обратиться за помощью ко мне, – обвинительно сказал он и подал знак официанту рассчитать их. – Я бы сделал все, чтобы мой сын ни в чем не нуждался.
Ответа у Полины не нашлось: угрызения совести, возникшие в первую же секунду появления на пороге ее квартиры Антона, сейчас накрыли с головой, и щеки запылали, и Полина только нырнула в сумочку, делая вид, что ищет в ней что-то важное, и поднять голову решилась только тогда, когда слишком близко почувствовала чужое тепло. Именно чужое: от него не застучало преданно сердце, не стало светло и радостно в груди, не накрыло жаром предвкушения, не захотелось немедленно в это тепло – как безумно хотелось рядом с Эдиком. Нет, он все-таки последний болван, если сомневался в Полине! А она – клиническая идиотка, раз ничего ему не объяснила!
Она чуть отодвинулась от Антона и закрыла сумочку. Смело подняла голову.
– Что было, то прошло, Антон, – старательно мягко сказала она. – Еще раз спасибо за это спонтанное свидание, мне было приятно пообщаться с тобой и освежить пару воспоминаний.