Эдик расплылся в широкой улыбке и подтянул ее еще ближе к себе. Чтобы Полька решилась на подобную просьбу, должно было произойти что-то совершенно невероятное.
Или стоило уже поверить, что она именно этого и хочет?
– Можем сразу из ЗАГСа поехать, – весьма вызывающе предложил он. – Отпразднуем, так сказать, событие.
Полина посмотрела на него такими глазами, словно он предложил ей по меньшей мере сыграть свадьбу в Антарктиде.
– Прямо сейчас… в ЗАГС? – изумленно спросила она. Да уж, Эдик умел удивлять.
– Прямо сейчас! – жестко подтвердил он. – Или что? Тебе еще не исполнилось восемнадцать? Или ты паспорт вчера посеяла?
Полина покачала головой и рассмеялась. Внутри бушевало какое-то безграничное веселье, и она уже почти не справлялась с ним.
– Кажется, с паспортом у тебя какие-то заморочки были, – лукаво напомнила она, абсолютно точно теперь поняв причину предыдущего парадного Эдикова вида. Как жаль, что он не пришел тогда хотя бы на день раньше. Скольких глупостей и метаний можно было бы избежать.
Впрочем, теперь все тревоги позади. И остались только невероятно приятные волнения.
– Неужели его теперь за десять дней меняют? – подколола еще Эдика Полина, но он даже не улыбнулся. Только сжал ее руку – почти до боли.
– Брось, Полька, я сам знаю, что смешон, – глухо проговорил он и глубоко вздохнул. – Две недели не продержался, предложение по-идиотски сделал; костюм еще этот шайтанский – как на корове седло…
– И я тебе под стать, – так и не справилась с улыбкой она и кивком показала на свои ноги в домашних тапочках. – Как думаешь, примут у меня заявление в таком виде или потребуют справку от психиатра о вменяемости?
Наконец-то и это упрямое недоверие на лице Эдика сменилось удивлением. Он непонимающе оглядел Полину в строгом летнем костюме и с сумкой на плече, потом снова перевел взгляд на тапочки.
Полине становилось все смешнее, и даже объяснение в этой эйфории больше не пугало. Чего пугаться, если Эдик хочет на ней жениться? Даже после подставы Антона не отказался от этой идеи – и Полина ни за что не даст ему передумать.
– Поль? – озадаченно спросил Эдик. Она повела плечами.
– Я же предупреждала тебя, что я идиотка, – все же с легким смущением проговорила она. – А ты семь лет меня терпишь, и еще целую жизнь собрался терпеть. Что он тебе сказал?
Последнюю фразу она произнесла с таким выражением, что Эдик моментально догадался, о ком и о чем речь. Тут же подобрался, не желая ни капли жалости. Неужели из-за нее Полька согласилась? Чтобы скрасить оскорбления Мещерского? С нее станется в этой ее убийственной совестливости. Переиграл, гад, вот теперь точно переиграл!
– Давай откровенно, Поль, чтобы мы поняли друг друга, – таким безучастным голосом начал Эдик, что Полина сумела только нахмуриться и машинально кивнуть. Кажется, она действительно идиотка, потому что уже вообще ничего не понимала. – Ты же знаешь, что Мещерский гораздо богаче меня, – продолжил между тем он, и тут уже Полина сверкнула глазами.
– И что? – с собственным вызовом спросила она, однако Эдик и не подумал отвечать. Только в очередной раз глубоко вздохнул и посмотрел куда-то мимо Полины.
– И он может предложить вам с Олегом жизнь, о которой вы мечтали, – уже со слишком очевидной горечью сообщил он, чтобы и дальше продолжать злиться на промелькнувшее подозрение в продажности. Полина покачала головой.
– Откуда ему знать, о чем мы мечтаем? – со всей своей мягкостью спросила она, и Эдик, явно собиравшийся закончить в том же духе, осекся. Потом сделал шаг вперед и, приподняв ее подбородок, заглянул в глаза.
– Ты ждала его двадцать с лишним лет, Поль, – с читаемым колебанием напомнил он. – Если бы он сделал тебе предложение…
– Он сделал, – призналась Полина. – Полчаса назад. Все как положено: с цветами и пылкой речью...
Эдик резко выдохнул, и в глазах у него промелькнуло что-то острое и горячее.
– Тогда почему ты здесь? – звенящим от напряжения голосом спросил он. И что Полина могла ответить?
– Потому что я тебя люблю!
Секундная пауза.