Вероятно, самым простым в ее нынешнем положении было позвонить в аварийную службу и попросить помощи у них, но Лиля решила сначала испытать первый женский способ по исправлению проблем с электроникой – перезагрузку. А то спросят ее в аварийной службе, пробовала ли она глушить мотор и потом заново заводить машину, вот дурой-то она им покажется. Чувствовать себя дурой Лиля не любила, пожалуй, даже сильнее, чем разбираться с чужой беспомощностью, а потому она уверенным движением повернула ключ в замке зажигания и на несколько секунд оказалась в абсолютной темноте, щедро сдабриваемой еще и завывающим со всех сторон ветром. Лиля поежилась и повернула ключ в обратную сторону.
Тот поддался легко, как и четвертью минуты назад, вот только двигатель, в первую секунду бодро зажужжавший, следом взбрыкнул – и замолчал. Лиля нахмурилась и надавила на ключ, желая исправить это недоразумение, – но тщетно. Она еще сильнее сдвинула брови и повторила предыдущую попытку с самого начала – но с тем же успехом. Мотор снова взревел – и снова затих, не подавая признаков жизни. Лиля не сдержала крепкого словца, ощущая пока еще неясное беспокойство, и откинулась на спинку кресла, взяв небольшой тайм-аут, чтобы найти выход из сложившейся ситуации. Обычно такой перекур быстро приносил плоды, позволяя Лиле ухватить за хвост ускользающее вдохновение, однако сейчас она только с тревогой начала ощущать, как на вдохе мерзнет нос: прогретый было воздух слишком быстро сменялся проникавшей снаружи стужей.
Лиля резко выдохнула и так же резко повернула ключ в замке зажигания – но теперь изменник «Кирюша» вообще не отреагировал. Она раздраженно фыркнула и снова достала телефон. На счастье, хоть тот работал безукоризненно, и быстрый ответ Службы помощи на дорогах как будто подтвердил правильность Лилиного решения. Вот только, описав проблему, она услышала вовсе не то, что хотела бы.
– Видите ли, Лилия… – совсем не оптимистично протянул оператор, – к сожалению, сейчас у нас все машины на выездах: погода такая, сами понимаете. Но я внесу вас в список ожидающих, и, уверена, очень скоро мы сумеем вам помочь.
Лиля выдохнула, заставив себя поприжать гордость и снизойти до уточнения:
– И как долго прикажете мне ждать?
Ее собеседница совершенно осязаемо пожала плечами.
– Я сделаю все возможное, чтобы как можно скорее разобраться с вашей проблемой…
Ясно!
Лиля нажала отбой и, глубоко вздохнув для успокоения, принялась искать телефоны других служб автоспасения. Выбрала ту, у которой было больше всего филиалов, в надежде, что хоть от одного из них сумеет добиться помощи, и набрала указанный номер.
Там тоже ответили довольно быстро, но почти следом принесли свои извинения за то, что рабочий день у них на исходе и ни один шофер уже не согласится ехать за город.
Этих Лиля не удостоила вообще никаким ответом. Включив режим полнейшего спокойствия, она позвонила еще в одну службу.
Тут, однако, она вовсе попала на автоответчик, порекомендовавший обратиться к ним завтра в рабочее время. Лиля мысленно ответила, где видела их предложение, и уже с каким-то злорадством набрала очередные семь цифр.
Как чувствовала: на том конце провода за десять гудков никто так и не взял трубку. Лиля собиралась было прождать до тех пор, пока телефон сам не отключится, но неожиданно ощутила, что у нее замерзли пальцы. И ладно бы только пальцы, но от них отвратительно неприятный холодок пробежал по всему телу, и только тут Лиля, кажется, начала осознавать, в какие неприятности попала.
Одна, ночью, на трассе, в остывающей машине с неработающим двигателем, средь разбушевавшейся непогоды – и помощи ждать неоткуда. Если бы хоть брат был дома, можно было бы его попросить приехать за ней, он не отказал бы, это Лиля знала. Но как на притчу Аркадий с семьей уехал на праздники в теплые края, других мужчин из своей жизни Лиля вытравила, а звонить молоденьким девчонкам из издательства не видела смысла, ибо не в тех они были отношениях, чтобы ради нее рисковать жизнью.